— Почему она ушла? Как оказалась в Министерстве?

Меняю позу, больше не заботясь о том, что он может прочесть по моему телу. Пусть видит дискомфорт.

— Ты сегодня на удивление разговорчив.

Он усмехается.

— А ты на удивление скрытна. Я вижу, когда ты что-то скрываешь от меня, Афина.

Афина. Вот уже третий раз, когда он называет меня по имени. Ненавижу то, как мое тело реагирует на воспоминание о том, как мое имя слетало с его губ прошлой ночью.

— Ты тоже кое-что скрываешь, — утверждаю я. — Думаешь, не вижу бетонных стен, которые возвел вокруг себя? Люди делают так, только когда им есть что скрывать.

Он сглатывает, но не отводит взгляда.

— Будь очень, очень осторожна с тем, что скажешь дальше.

— Почему? — спрашиваю я. — Что случится, если не буду? Убьешь?

Мало что заставляет меня дрожать так, как его улыбка.

— Мы оба знаем, что я могу сделать вещи куда хуже.

— Что еще может твоя сила? — настаиваю. Он хочет, чтобы я говорила о силе, которой у меня нет, но сам не готов делиться информацией о своей силе или жизни. — Когда ты ее обнаружил?

— Разговор окончен, — рычит он, взгляд острый. — Давай просто сидеть молча. Так куда менее болезненно.

Согласна.

Мы сидим, должно быть, несколько часов. Снова и снова приходится загонять мысли о том, как его пальцы исследовали мое тело, глубоко в тень разума. Пытаюсь думать о чем угодно другом, заставляя себя размышлять, где может быть Маргарет и что случилось со всеми остальными на том чертовом балу.

Вернулись ли они в темницу, как ни в чем не бывало? С ними ли Маргарет, или она уже за много миль отсюда?

Я в секундах от того, чтобы окончательно свихнуться, когда наконец приближаются охранники. Синнер мгновенно вскакивает на ноги.

— Пошли, — командует один из мужчин, одетых во все черное. Он возится с ключами и вставляет один в замок.

Синнер делает шаг в сторону так, что, будь это кто угодно другой, я бы подумала, что он заслоняет меня собой.

— Куда?

— Вернетесь обратно к остальным. Поторопитесь, или я сам вас туда отволоку.

Подавляю смешок. Как будто он смог бы.

Камера с громким лязгом открывается, затем он машет рукой, нетерпеливо приглашая нас выйти. Синнер не двигается. Даже не вздрагивает, пока я не выхожу вперед и не кладу маленькую ладонь ему на спину.

Он оживает и шагает вперед, разрывая нашу связь, даже не взглянув на меня. Иду за ним из крошечной камеры.

Назад в ад. По крайней мере, мы больше не будем заперты в коробке четыре на четыре метра.

Нас молча ведут по туннелям, и через несколько минут стоим перед массивной укрепленной дверью в темницу. В подземную нору, которая постепенно начинает ощущаться как дом.

— С возвращением, — усмехается стражник.

Мне требуется вся моя сила воли — которой, признаться, немного, — чтобы подавить желание ударить охранника прямо в лицо.

Когда дверь открывается и несколько знакомых лиц поворачиваются к нам, тело накрывает странное чувство облегчения. Но Синнер напряжен как никогда.

Сделав несколько шагов, он замирает на месте, так что я едва не врезаюсь в него. Уперев руки в бока, сверлю его взглядом. Какая, черт возьми, у него проблема?

Картер и Леон, идущие плечом к плечу, приближаются к нам.

— Где вы были? Мы думали, вы мертвы!

— Директор хотела провести кое-какие тесты, — говорит Синнер. — Но теперь мы вернулись.

— Тесты? — Картер скрещивает руки на груди, вздергивая подбородок. — Что за тесты?

Пристально смотрю в точку на полу между нами, надеясь, что парни не спросят меня напрямую. Синнер разберется.

— Тесты, которые вас не касаются.

Картер смеется.

— Чего? Вы там трахнулись, что ли? Директор отправила вас обратно, чтобы ты, наконец, поделилился?

В мгновение ока из груди Синнера вырывается черный дым и обвивает шею Картера, затем торс, пока всё тело мужчины не оказывается туго скрученным. Вот дерьмо. Синнер официально вышел из себя.

 

Мне не до игр.

Покинуть ту крошечную комнату было благословением, да, но вернуться туда, где десятки мужчин могут глазеть на то, что мое? Особенно так скоро после того, как она извивалась подо мной? Назовите это абсурдной защитной реакцией, вызванной предстоящим Притязанием. Но я не намерен ни с кем делиться.

А Картер явно не усвоил урок.

— Синнер, остановись!

О, Афина. Новенькая думает, что может остановить меня, но звук ее голоса лишь заставляет сжать хватку сильнее. Я призываю еще больше магии — темных демонов, ползающих внутри, — и толкаю их на Картера. У меня лишь один мотив. Уничтожить его.

Так и сделаю. Упиваюсь тем, как его глаза расширяются от паники, чуть не лопаясь.

Но когда сильная рука ложится на мое плечо, а Афина вскрикивает снова, вздрагиваю и немного отзываю магию.

Леон стоит рядом, пытаясь оттащить меня.