– Думаю, так подойдёт, – сказала она из-за спины Коннора, чтобы он понял: она закончила.

– Так и поступим, – согласился Коннор.

Он отвернулся. Они пошли обратно к машине.

Едва оказавшись внутри, Кэми раскрыла ноутбук и посмотрела, что сумела добыть, включив воспроизведение с двух охранных камер на площадке.

Как только пошли первые секунды, Коннор фыркнул.

– Неудивительно, что они не хотели, чтобы мы это видели, – сказал он. – Ты только посмотри. На площадке ни у кого нет касок; кто-то курит, и похоже, будто вон те двое там пьют пиво. Полный бардак. Да, он наверняка собирался стереть эту запись. – Он помолчал и добавил задумчиво: – Будь они хоть немного внимательнее, этого могло бы не случиться. Если бы площадка работала как следует, команда могла бы заметить эту женщину, Пиппу Росс, прежде чем она забралась на те леса.

Так что же произошло?

Кэми перемотала запись вперёд, и они с Коннором пристально следили за экраном, прогоняя часы: машины носились туда-сюда, рабочие стремглав карабкались по лесам, молотки мелькали с бешеной скоростью – и потом они так же ловко спускались вниз.

– Смотри, – сказала Кэми. Она уловила вспышку чего-то у самого края кадра. Она вернула скорость к обычной, и они оба снова уставились в экран.

Вот и жертва – Пиппа Росс. Она торопливо шла к площадке, спиной к камере. Кэми заметила: подходя ближе, Пиппа оглянулась – лицо у неё было испуганное.

Её кто-то преследовал? Это была первая мысль. Именно об этом говорила её пластика, то, как она двигалась.

А потом Кэми, не веря глазам, увидела, как Пиппа бросилась к лесам и поспешила по ним, будто хотела перебраться на другую сторону той зияющей в земле пропасти. Но не успела. Она поскользнулась, попыталась удержаться – и Кэми, задохнувшись от ужаса, смотрела, как женщина падает.

Только тогда двое мужчин, которые на площадке делили сигарету и пиво, подняли головы. Наверное, она вскрикнула, когда падала, подумала Кэми.

Это было невыносимо. Она на мгновение закрыла глаза, чувствуя тошноту. Смотреть, как человек падает насмерть? Как же ей хотелось уметь отмотать назад настоящее время и спасти её.

– И это всё? – в голосе Коннора слышалось недоумение.

Кэми тяжело сглотнула и снова прокрутила запись. Первая камера показывала только женщину. После неё в кадр больше никто не вошёл. А вторая камера и вовсе её не засекла.

Коннор покачал головой.

– Странно. Это нам, по сути, ничего не даёт. – Он звучал ещё более озадаченно, чем до просмотра. – Думаешь, она могла сделать это на спор?

Но Кэми всматривалась внимательнее.

– Кажется, я что-то вижу, – сказала она. – Но я не совсем уверена. Подтвердить можно, только если посмотреть другую запись. Она уже готова?

Коннор проверил телефон.

– Да. Поехали в офис ФБР и посмотрим.

Кэми закрыла ноутбук, пока Коннор заводил машину.

Её до глубины души заинтриговало то, что она успела заметить, но этого было недостаточно. Теперь нужно выяснить, подтвердит ли другая запись падения с моста тот миг и её подозрения.

ГЛАВА ПЯТАЯ

В офисе ФБР Кэми, заходя вместе с Коннором, чувствовала себя куда менее беззащитной, чем когда была одна. А мысль о том, что сейчас они займутся записью, полностью сосредоточила её на работе, которая их ждала.

– Так вот, эта другая запись – мутная, – сказал Коннор. – Она пришла сразу после того, как мы уехали. Я ещё не смотрел, но город ужасно извинялся. Камера старая, неисправная, и её не заменили – ждали бюджет. Но, может, ты сумеешь что-нибудь разглядеть.

Он вопросительно взглянул на неё, и Кэми поняла: ему интересно, что же она увидела в первой партии видео.

Она не была готова говорить об этом – не хотелось уходить в сторону или сделать преждевременный вывод. И это, конечно, было следствием Конноровой школы. Именно он научил её не хвататься за первую же версию, пока не будет достаточно доказательств. Пусть факты ведут тебя.

Это был очень спокойный, трезвый способ вести расследование, и Кэми понимала, почему дела, которые Коннор доводил до суда, к тому времени оказывались железобетонными. И удивительно, как работа с ним будто прививала ей тот же принцип. Она даже замечала, что это помогает ей в программировании.

Коннор открыл свой компьютер – неуклюжего динозавра по сравнению с её маленьким, быстрым запасным – и развернул экран к ней.

– Можешь переслать мне? – тут же спросила Кэми. Работать на этом динозавре было бы просто мучительно, да и все нужные программы у неё стояли на собственной, более шустро́й машине.

Пока Коннор этим занимался, она смотрела первую порцию необработанных кадров – и он тоже, хмурясь всё тревожнее, пока по экрану тянулась размытая, зернистая пелена.

– Не врали, когда говорили, что там ничего толком не разобрать, – заметил он. – Думаешь, из этого можно выжать хоть что-то?

Картинка была отвратительного качества – вся в полосах и разрывах, она дёргалась, явно нестабильная, потому что камеру трепал ветер.