Она не могла рассказать ему, о чём был этот звонок, и что, поддавшись соблазну ФБР, теперь всерьёз рассматривает другой путь. Она молча села в машину – и он рванул с места.

Пока они ехали, Кэми старалась выкинуть из головы восторг от звонка и от возможности – её переманивают, прямо со студенческой скамьи, – и заставляла себя думать только о деле, которое ждало впереди.

Час пик уже сходил на нет, и поскольку Коннор ехал за город, дорога оказалась быстрее, чем Кэми ожидала. Она смотрела на проплывающий пейзаж – дороги, залитые дождём, тротуары с остатками снега, голые деревья. Картина была унылой.

Коннор свернул с главной дороги, поднялся на холм и поехал по обсаженной деревьями улице туда, где Кэми увидела яркие огни полицейских машин, мерцающие в сером утреннем сумраке.

Кэми высматривала камеры, но по пути в этот уединённый и дорогой пригород не заметила ни одной. Визуальные доказательства по этому убийце добыть может оказаться не так-то просто.

Коннор остановил машину и вышел. Теперь, оказавшись на месте, Кэми с удивлением обнаружила, что сосредоточиться очень легко: все её мысли были о том, что здесь произошло и что ей удастся выяснить.

Коннор подошёл к полицейским на месте и представил себя и Кэми.

– Криминалисты уже закончили, – пояснил один из полицейских. – Они провели здесь несколько часов прошлой ночью и вернулись снова рано утром. К сожалению, пока никаких явных следов не нашли.

– А точка проникновения? – спросил Коннор.

Полицейский покачал головой.

– И входная, и задняя дверь были не заперты. На столешнице рядом с задней дверью лежали два комплекта ключей – от машины и от дома, – так что мы предполагаем, что жертва могла зайти через заднюю дверь. Но, возможно, по какой-то причине она оставила открытой и другую, и убийца вошёл через парадный вход?

Кэми смотрела на мигающую клавиатуру у входной двери. Похоже, замок был электронным, но создавалось впечатление, что он работает некорректно и отключён.

– Она пришла с работы? – спросил Коннор.

– На ней были джинсы и старые кеды, а на кухне стояла пара более приличных ботинок. Так что она могла переобуться, когда пришла домой, или даже выйти прогуляться. Сосед, который нашёл тело, сказал, что она иногда гуляла по вечерам.

Кэми внимательно вслушивалась. Всё звучало так, будто у Лизы был предсказуемый распорядок: регулярные поздние прогулки давали убийце возможность подстроиться под её перемещения.

Злясь на себя, она быстро перестала думать о том, что Лиза не должна была так глупо выходить одна ночью. В этом тихом, благополучном, почти закрытом пригородном квартале женщина должна иметь возможность пройтись по окрестностям после наступления темноты – без угроз и страха. Проблема была не в поступке Лизы. Проблема была в поступке убийцы.

Значит, он ждал. Либо внутри, либо снаружи. Он это спланировал. Но, возможно, спланировал недостаточно тщательно – и можно было найти хоть какие-то следы.

Пока Коннор обсуждал с другими полицейскими положение тела – лицом вниз – и характер убийства – молниеносно, сильными руками, – Кэми оглядывалась, высматривая, какие камеры есть на месте. Она уже видела, что в доме установлены «умные» функции. У входной двери находилась панель управления с клавиатурой, но и она мигала беспорядочно, так, что Кэми подумала: система могла быть неисправна или отключена. Подойдя к экрану, она увидела, что он полностью пуст – будто панель сбросили до заводских настроек и она ждала перепрограммирования.

Однако камера у входной двери была. Рука Кэми инстинктивно потянулась к телефону. К чему она привязана? Просто чтобы хозяин мог взглянуть, кто стоит снаружи? Или она подключена к охранной компании?

Кэми быстро запустила свою программу, надеясь получить доступ к операционной системе дома и к вайфаю.

Она дала программе поработать и, пока та выполнялась, вновь прислушалась к тому, что говорил Коннор.

– Значит, муж уже едет обратно?

– Да. Он на втором из стыковочных рейсов и будет дома завтра. Он был в глухом городке в Западной Австралии, так что быстрее он вернуться не может.

– Есть ещё родственники? – спросил Коннор.

Полицейский кивнул. – У Лизы есть дочь, Харриет, ей двадцать три. Живёт неподалёку. Она приходила сюда сегодня утром и была в крайне тяжёлом состоянии. Мы отправили её домой вместе с одним из офицеров. Если она сейчас успокоилась, нам всё равно нужно её опросить.

– Это мы сделаем. Отсюда поедем к ней. Будет нашей следующей остановкой, – сказал Коннор.

Кэми тревожно снова посмотрела на телефон. Судя по всему, они могли собраться уезжать с минуты на минуту, и ей хотелось успеть до этого заглянуть в вайфай и понять, что там есть.

Но, к своему ужасу, уставившись в экран, она увидела результат, которого никак не ожидала.

– Коннор, – сказала она настойчиво. – Посмотри сюда, быстро. Тут что-то очень не так.

ГЛАВА ПЯТАЯ

– Что не так? – Кэми услышала в голосе Коннора ту же срочность, что звучала и в её.