– Пока на прошлой неделе ты не пошла на встречу с Джасинтой. – Он помолчал. – Она не сразу поняла. Не тогда. Она злилась и думала, что ты опять закрываешься, как раньше. Только после того, как ты ушла и она вернулась к себе, у неё начало сходиться одно с другим. И даже тогда было непросто. – В голосе Коннора теперь звучало напряжение, которое Ками почему-то узнала. – Такой высокопоставленный агент? Это казалось невозможным.

Ками глубоко вдохнула.

– Может, и к лучшему, что ты был в Атланте, – сказала она.

Коннор кивнул.

– Учитывая, что мой кабинет был нашпигован прослушкой, – точно к лучшему.

Ками не верила. Невозможно, чтобы кабинет – а может, и не один – внутри самого Федерального бюро расследований был под прослушкой. Это просто взрывало мозг. Странно, сюрреалистично.

– А кабинет Джасинты?

– Тоже на прослушке. Якобы её отправили в Делавэр помогать с делом по финансовым махинациям. Такую версию мы и пустили. Но она не в Делавэре. Она всё ещё здесь. Потому что теперь мы поняли: Билл Ортел – тот агент, который стоит за сетью куда больше и сильнее, чем мы когда-либо думали. И прижать его будет непросто. К тому же, раз наши кабинеты прослушивали, он уже настороже и всё понимает.

– И как вы собираетесь это сделать? – спросила Ками.

– Мы расставили кое-какие ловушки, – сказал Коннор. – Больше я не скажу. Но мы действовали очень осторожно. Мы проследили, чтобы были задействованы только те, кому мы безоговорочно доверяем, на самом высоком уровне. И мы не торопимся. Очень не торопимся.

– Разумеется, – сказала Ками. Она догадывалась: такие вещи за один день не делаются. Как бы ей ни хотелось, чтобы группа агентов ворвалась в кабинет Билла Оэртела, арестовала его и упрятала за решётку, она понимала, что это было бы катастрофически преждевременно. Он невероятно тщательно замёл следы. Чтобы их распутать, потребуется время.

– Он сейчас в офисе? – спросила она.

– Вчера позвонил и сказал, что заболел. Он будет сопротивляться изо всех сил. Скорее всего, прямо сейчас он тоже над этим работает – как и мы. И если сможем, мы его возьмём. Но на это уйдёт время. Нельзя пытаться загнать его в угол. Зато можно создать ситуацию, в которой он сам себя выдаст. – Голос Коннора был таким железным, каким Ками ещё не слышала. Решимость в его тоне вселяла в неё надежду и уверенность.

– Я могу чем-то помочь? – спросила она, вспомнив о своих навыках в сфере информационных технологий и о том, что здесь они могли бы пригодиться.

Но Коннор покачал головой.

– Пока что мы вообще не хотим тебя подключать. Первое, о чём мы с Хасентой договорились, – мы не позволим, чтобы ты подвергалась опасности. Отчасти поэтому мы и не делаем ничего такого, что могло бы насторожить Оэртела.

– А если он уже знает? – Первая мысль Ками была о Киаране. – А Киаран, Коннор? Он брат Итана, и Оэртел может нацелиться на него! – Тревога накрыла её с головой. За себя она беспокоилась куда меньше, чем за него.

– Это было одной из первых мер предосторожности, – к её облегчению и удивлению сказал Коннор. – У его работы дежурит агент под прикрытием. И возле твоей квартиры тоже.

– Значит… поэтому мы сейчас здесь? – нерешительно спросила она. – Чтобы ты мог рассказать мне новости так, чтобы Оэртел нас не подслушал?

Коннор покачал головой. На мгновение его мрачность чуть отступила.

– Нет. Я ещё не успел тебе сказать, потому что эта новость была важнее. Но у нас появился новый кейс. С сегодняшнего утра.

– Кейс?

– Да. И потому мы здесь: чтобы расследовать и работать так, чтобы нас никто не подслушал. Даже если где-то на фоне идёт игра, наша работа – прежде всего. А этот кейс… странный. – Коннор глубоко вдохнул, словно заново собираясь с мыслями о том, что им предстоит. – Пока нет доказательств, что убийства связаны, но они очень похожи и произошли с небольшим промежутком, – сказал он. – И если это серийник, есть риск, что он ударит снова.

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

Ками поразило, что даже масштабная политика, коррупция и потенциально опасные ответные удары внутри самого отделения ФБР не могли остановить агентов от того, что они обязаны делать.

– Что за кейс? – спросила она Коннора.

– Два убийства. В обоих случаях – женщины, в момент нападения они были одни. Обе – удушение. Оба случая в довольно богатых районах Бостона. Одно – на прошлой неделе, второе – прошлой ночью. Пока нет доказательств, что убийства связаны, но из-за схожего почерка и того, как близко они произошли друг к другу, полиция отметила это как возможную серию, и сегодня утром дело передали в ФБР – и оно легло ко мне на стол. Или, точнее, на мой временный стол, – признался он с кривой усмешкой. – Доказательств того, как он проник на место преступления, почти нет в обоих случаях, и похоже, убийца мог просто войти в открытую дверь – по случаю.

Ками передёрнуло от этой мысли.

– Думаете, могут быть записи с камер? – спросила она, проверяя, что думает в нужной, следовательской колее.

– Я на это надеюсь. И раз это твоя сильная сторона, это одна из причин, почему я хочу, чтобы ты присоединилась.