Хватит, решила она. Хватит. Роберт должен был вернуться послезавтра, и когда он приедет, она скажет ему, что им нужно поставить какую-нибудь дополнительную защиту. Может, камеры внутри дома и другую сигнализацию – такую, которая работает.

Она заперла заднюю дверь и прошла в прихожую, собираясь подняться наверх и выключить проклятый телевизор.

Но, войдя в прихожую, она остановилась и судорожно втянула воздух.

В коридоре стоял мужчина и молча смотрел на неё. Как он вообще проник внутрь? – мелькнуло у неё, и паника накрыла с головой. Он был высокий, крепкий. На нём была чёрная балаклава и перчатки. Увидев её, он сделал к ней огромный шаг.

Лиза издала пронзительный, полный ужаса крик. Она понимала, что должна что-то сделать – броситься наверх, попытаться отбиться, кричать ещё громче, – но ноги стали ватными, а страх сковал её.

Наконец – слишком поздно – она развернулась и попыталась бежать, кинулась к задней двери, лишь бы вырваться прочь от этого страшного, невозможного присутствия в её доме.

Но сильные руки в перчатках схватили её за плечо и потащили назад.

А потом сомкнулись у неё на шее.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

– Что мне делать? – вслух, снова, сказала Кэми.

За последние пару дней она повторяла это постоянно. Без остановки. И не только себе, но и Кирану – двадцатитрёхлетнему парню, в чью квартиру она переехала несколько недель назад и с которым теперь делила спальню.

Она влюбилась в Кирана – по-настоящему, с головой. Теперь они были парнем и девушкой. И возможность доверяться ему, спрашивать совет, стала для неё спасательным кругом. С ним она словно переставала быть одна.

Киран сидел на кровати напротив, скрестив ноги, и лицо у него было серьёзное. Он держал её руку в своей. На нём была клетчатая рубашка с длинным рукавом – он был уже готов к рабочему дню инженера, занимавшегося строительством и обслуживанием.

Её ладонь – с серебряными кольцами на трёх пальцах, с чёрным лаком на ногтях и татуировкой на руке, видимой ниже рукава тёмно-серого топа длиной в три четверти, – казалась крохотной в его руке.

Она не была крепко сложена, не была высокой и не была сильной. Но за клавиатурой её пальцы могли стать смертоносным оружием. Её стихией были информационные технологии и взлом.

– Кэми, пора, – мягко подтолкнул её Киран. – Тебе правда нужно сказать Коннору, что ты узнала.

Кэми тяжело сглотнула.

Она знала, что он прав. Пора. Но сама мысль об этом приводила её в ужас.

– Слушай, он и так многое знает. Наверное, больше, чем ты думаешь, – настаивал Киран.

Сжав его руку крепче, Кэми кивнула.

– Наверное, да, – призналась она.

– В конце концов, всё это началось, когда пропала твоя сестра, верно? Это было… шесть лет назад?

– Да. Мне тогда было шестнадцать, Дженне – восемнадцать, – сказала Кэми, и мысли сами собой вернулись к исчезновению сестры: к тому, как её отец-полицейский наотрез отказывался верить, что случилось что-то, кроме подросткового бунта, и твердил, что Дженна просто сбежала из дома. Это было страшной травмой. ФБР подключили – в конце концов, и, как считала Кэми, только после того, как отец вдоволь набурчал и накидался обвинениями: мол, у Дженны отвратительный характер, она никого не слушает, и это ещё одна причина, почему из неё никогда ничего не выйдет.

А Кэми – ошарашенная, перепуганная – хотела одного: чтобы Дженну нашли! Срочно. Дженна ни за что, никогда не сбежала бы, не сказав Кэми.

Дело ФБР ничем не кончилось, и это годами жгло Кэми изнутри. Именно поэтому в конце последнего курса, когда она училась на компьютерных науках в Массачусетском технологическом институте, она взломала главную страницу ФБР.

К несчастью, она недостаточно хорошо замела следы. ФБР – в лице агента Коннора – пришло за ней, и ей поставили ультиматум: хочешь избежать обвинения – работай на нас, когда понадобишься, год.

Этот год уже перевалил за половину, и Кэми доверяла Коннору куда больше, чем в самом начале.

И одновременно она поняла, что проблемы в ФБР куда глубже, чем ей казалось.

Лиам Тревертон, бывший агент, который вёл дело Дженны, пока ему не приказали его закрыть, недавно был убит. А брат Кирана, агент ФБР Итан Майерс, который выяснил, что внутри ФБР есть подозрительные несостыковки, и пытался их вскрыть, был ранен выстрелом и умер от полученных ран.

Именно это вначале и свело Кэми с Кираном.

С тех пор она вышла на одного старшего агента, который до сих пор служил в ФБР и к которому, как ниточки, вели все следы.

Его звали Билл Эртел.

Он вынудил Лиама Тревертона передать дело.

Он выходил на связь с неизвестными людьми в ключевые моменты – как раз незадолго до того, как убили Лиама и Итана. Билл Эртел был плохим человеком и дёргал за ниточки, чтобы всё случилось именно так. Теперь она знала это наверняка.

Билл Эртел был продажным и творил в ФБР нечто откровенно незаконное.

Хуже всего – Билл Эртел теперь знал, кто она такая.