— Вот именно. Тебе плевать на всех, кроме себя. Эванджелина не заслуживает твоей жестокости. Она слишком хороша для тебя.

— Я знаю.

— Держись от нее подальше, пока она не вляпалась в твою херню, Дерек.

Я приблизился к Елене, но это ничуть не вывело ее из равновесия. Я и не удивился. У нее была только одна слабость, и она была на полном виду. В нашей работе не было места чувствам. Они мешали инстинктам и скорости реакции. Но Елена была другой. Как будто у нее был выключатель, который она могла включать и выключать по своему желанию. Я видел, как она с улыбкой на лице и одним движением бедра сносила целую комнату, полную мужчин. Некоторые прозвали ее Харли именно по этой причине. Только оружием ее выбора был АК, а не деревянная бита. Через час после той бойни она выступила волонтером на благотворительном вечере в своей больнице.

— Не хочу тебя разочаровывать — вообще-то, мне плевать.

Ее смех был таким же холодным и безюмористичным, как кинжалы в ее глазах.

— Ты настоящий сукин сын, — резко сказала она, выпрямившись во весь рост.

При росте 168 см я был выше Эвы и стоял над ней, приподняв бровь. — Рад, что ты это осознаешь.

— Хватит.

Кай нарушил молчание. Положив руку мне на грудь, он оттолкнул меня.

— Да ладно, брат. Если бы не Лени, ни один из нас ничего бы не знал. Прояви хоть каплю благодарности. Она помогла твоей девушке.

Елена презрительно фыркнула за нашей спиной.

— Его девушка, да? А мы помогли друг другу. — Хитроватая улыбка пробежала по ее лицу. — Кейн, давай, делай, что хочешь. Но знай: если ты с ней заиграешься, она из тех женщин, которые без колебаний засунут тебе ногу в задницу. И что-то мне подсказывает, что ты ей это позволишь.

Она покачала головой и хмыкнула с извращенным удовольствием. — Никогда не думала, что доживу до того дня, когда Дерек Кейн окажется под каблуком у женщины.

Я открыл рот, чтобы обжечь ее ответом, но тихий свист Кая отвлек мое внимание. Присутствие Эванджелины вызвало целую серию инстинктивных реакций. Кровь в моих венах затекла чуть быстрее, устремившись к моему члену. Углы моих губ поднялись в невольной улыбке. И одно слово эхом звучало в моей голове, словно мантра: — Моя.

Радость от ее вида была недолгой. На два шага позади стоял более высокий, пожилой мужчина. Его густые брови были сдвинуты, глаза пылали. Его взгляд перемещался по нашим лицам, в конце концов остановившись на Хелене и смягчившись в улыбке. Обняв ее крепко, Франко ждал нашего прикрытия ради своей дочери.

Это должно быть интересно.

Эва обняла меня, прижав голову к моей груди. Мне не нужно было поднимать глаза, чтобы понять, что Франко наблюдает за нами. Я чувствовал его пронзительный взгляд и слышал тяжелое дыхание, когда ответил на объятия Эвы.

— Я еще не совсем закончила, но мне нужно было увидеть тебя, убедиться, что с тобой все в порядке, — прошептала она, уткнувшись в мою рубашку. — Дай мне еще минут тридцать.

Все мои инстинкты подсказывали мне последовать за ней через темную парковку, но я знал, что у нас с Франко есть дела, которые нужно уладить. Как всегда на одной волне, Кай кивнул и последовал за двумя женщинами.

— Не знаю, в какую извращенную игру ты здесь играешь, но держись подальше от моей дочери.

Франко шагнул вперед, положив руки на бедра. — Почему ты притворяешься сыном Джеймса?

Как бы мне ни хотелось признать, насколько я ненавижу носить в себе половину ДНК этого козла, было бы неразумно показывать свою ненависть.

— Давай обойдемся без этой чепухи. Я тот, за кого себя выдаю. — Я ухмыльнулся. — Но у меня есть фотографии моей матери, если тебе нужны доказательства. Уверен, ты слышал истории о ней от своего хорошего друга Джеймса.

Франко оглядел окрестности, прежде чем наклониться ближе. — Мне плевать, кто ты такой. Я знаю, что ты такое, и этого более чем достаточно. Я не буду повторять: держись подальше от моей дочери.

— Франко Круз, ты мне угрожаешь? — Его губы сжались в прямую линию, и он сделал шаг назад, его бравада пошатнулась. — Слушай, вот что будет. Ты убедишь Эванджелину остаться со мной…

— Чёрт возьми, я не буду этого делать!

— За голову твоей дочери назначена награда, любезно предоставленная самой известной преступной семьёй Филадельфии. Как ты думаешь, кто обеспечит её безопасность? Какой-то дерьмовый полицейский, сидящий в машине у её дома? Ты?

Он провел обеими руками по волосам и начал ходить по комнате.

— Почему тебе это так важно? Ты такой же, как они. Почему я должен доверить жизнь своей дочери именно тебе?

— Потому что я никогда не причиню ей вреда.

Челюсть Франко дернулась, когда он покачал головой из стороны в сторону.