ВАНДЖЕЛИНА

9-Й УЧАСТОК - ФИЛАДЕЛЬФИЯ

Я покачивалась на стуле туда-сюда, лишь отчасти сосредоточившись на лежащем передо мной деле, чувствуя себя взбудораженной, хотя ночь у меня была просто ужасной.

Уже через несколько минут Юрий Белов будет сидеть передо мной. Заместитель главы преступного синдиката Беловых и последний человек, с которым связывался Джеймс.

Этот допрос ждали уже давно.

Кровь зашумела в ушах от предвкушения встречи с ним…человеком, возможно, ответственным за смерть Джеймса. Из того, что мы выяснили за последнюю неделю, мы знали, что он был должен Юрию деньги из-за сделки, которая сорвалась. И я могла только предполагать, что Белов, возможно, почувствовал себя преданным. Это казалось правдоподобным мотивом.

К сожалению, я не могла допросить его ни по одному из этих выводов - какая-то чушь про конфликт интересов и косвенные доказательства.

Мой мобильник зажужжал на столе, и я возненавидела то быстрое трепетание в животе, когда на экране появилось имя Дерека.

Прошло почти неделю, шесть дней, если быть точной. С тех пор, как я видела его или разговаривала с ним. Я ненавидела то, что скучала по нему.

Еще больше я ненавидела то, что думала о нем без перерыва, хотя он вел себя как козел. Дерек был такой загадкой. В один момент он был таким харизматичным и милым, а в следующий — как будто на него нашло что-то совсем другое.

Я выключила звук на телефоне и сжала руки, чтобы удержать их под контролем, отрывая взгляд от соблазнительного устройства и пытаясь занять себя записями в деле Юрия.

ДЕРЕК

Ангел, ты свободна?

Какая наглость с его стороны — думать, что он может просто так написать из ниоткуда и использовать прозвища после того, как вел себя грубо и игнорировал меня целую неделю.

Я постучала ногтями по столу, раздумывая, стоит ли отвечать.И что я вообще скажу?

Черт возьми.

Взяв телефон, я нажала кнопку ответа, не успев пожалеть об этом, и откинулась на спинку стула, ожидая, пока он скажет свое… но в основном жаждая услышать его голос.

Я была слаба. Подайте на меня в суд.

— Дерек.

— Эва. Я знаю, что ты на работе, так что не хочу тебя задерживать. Просто хочу извиниться за то, что вел себя как козел.

Я кивнула, как будто он мог меня видеть. — Да.

Он тихонько хмыкнул на другом конце. — Я не хотел. Мое прошлое…

— Я понимаю. Я больше не буду об этом упоминать. Еще что-нибудь?

Мой тон был резким, я хотела его уязвить, но внутри меня что-то сломалось, когда он промолчал. Относиться к нему так казалось неправильным и неестественным.

Особенно после того, как я так сильно кончила прошлой ночью, произнося его имя.

— Прости, ангел. Я не буду тебя больше отвлекать.

И это все?

— Подожди…

Черт.

— В чем дело?

Сэм заглянул в мой кабинет, прежде чем я успела ответить. Может, это было божественное вмешательство, потому что Бог знает, что я вот-вот зазвучала бы слишком отчаянно.

Я посмотрела на часы. — Ничего. Слушай, я сейчас иду на допрос к Белову и…

— Ты сказала Белов? — спросил он, и его голос прозвучал сдавленно.

— Да, но я не могу вдаваться в подробности…

— Эванджелина.

Я услышала, как он выдохнул в трубку.

— В чем дело?

— Просто… будь осторожна.

Я цинично рассмеялась. Как бы ни привлекал меня Дерек, я не могла отрицать, что по моей шее пробежали мурашки, потому что я знала причину его неоправданной озабоченности, когда я упомянула Белова. Я работала как проклятая, чтобы стать детективом.

Я не была новичком или какой-то слабой девчонкой, которая не может постоять за себя. Я почти ежедневно сталкивалась с самыми отбросами общества. Это была моя работа. И я чертовски хорошо с ней справлялась.

— Поговорим позже, Дерек.

Не дав ему ответить, я повесила трубку. Мы виделись всего три недели назад, и я не должна была чувствовать, как тяжесть опускается на мое сердце, как над головой нависает густая темная туча.

Сэм нахмурился, пристально вглядываясь в мое лицо.

— Круз, что-то не так?

— Нет, просто мужчины — идиоты, — сказала я, шлепнув его папкой, когда проходила мимо.

Он театрально приложил руку к сердцу и воскликнул: — Ай! А я-то думал, что я другой.

— Нет. Вы все одинаковые.

— Ой, да ладно тебе, Эва! — сказал он и рассмеялся, положив руки на бедра.