— Я поцеловала тебя, потому что, пока слушала его грязный бред, думала только об одном: Люк никогда в жизни не сказал бы мне ничего подобного. Ты бы никогда меня так не унизил. А потом появился ты, я увидела ярость в твоих глазах, и, да, на секунду испугалась, что ты его прибьешь. Но когда я бросилась к тебе на шею… я сделала это, потому что до одури хотела почувствовать твои губы на своих. — Она переходит на прерывистый шепот. — Я просто хотела оказаться в твоих руках. Ты во всем лучше него, Люк. Во всем.

И в этот момент мой мир переворачивается. Меня выбрали. Меня предпочли ему. Отчаянная надежда расцветает в груди: черт возьми, у нас правда есть шанс!

— Мне нужно тебе кое-что рассказать, Миа. Кое-что очень важное.

— Что такое? — Она бросает взгляд на часы. — Ой, черт, мне нужно бежать, фотосессия вот-вот начнется...

— Выслушай меня, — я беру ее лицо в ладони, заставляя смотреть мне в глаза. — Я давно должен был тебе это сказать. Я больше не могу это скрывать.

— Что случилось? — Она заметно напрягается.

— Помнишь школьную вечеринку? Ты тогда сильно напилась, и какой-то парень в костюме медведя отнес тебя домой. Заботился о тебе. А ты потом все уши мне прожужжала, что это точно был Рекс и что «в глубине души он классный и заботливый парень».

— Да. Это был единственный раз, когда он повел себя по-человечески. Я всегда считала его красавчиком, но вел он себя как мудак. До той ночи.

— Это был я, — тихо говорю я.

— Что? — Она непонимающе моргает.

— В костюме медведя был я.

— Ты? — Она смотрит мне в глаза, и эти секунды кажутся вечностью. — В смысле… это был ты?

— Там не было Рекса. Я видел, что ты в хлам. Видел, как парни пускают слюни и хотят этим воспользоваться. Я должен был убедиться, что ты в безопасности. Я отнес тебя домой, уложил в кровать, принес воды, заставил съесть суп и дождался, пока ты уснешь. Не знаю, помнишь ли ты тот куриный бульон с лапшой…

Я замолкаю. Миа смотрит на меня с полнейшим недоумением, но молчит.

— Прости меня. Прости, если считаешь меня извращенцем или лжецом за то, что я столько лет молчал. Я просто не знал, как признаться. Ты была так свято уверена, что это Рекс, ты так за это цеплялась… Я не хотел отнимать у тебя эту иллюзию. А когда я понял, насколько это было для тебя важно, мне стало страшно. И я так и не смог выдавить из себя правду. Но я больше не могу лгать. Это был я, Миа. Всегда был я.

Я замолкаю, а она стоит неподвижно, пытаясь осмыслить услышанное. Я знаю: если она сейчас развернется и уйдет, всё рухнет окончательно.

Отношения пойдут ко дну. Если она решит, что я лжец, что я специально скрывал это от нее, я знаю, что потеряю ее.

Она тяжело вздыхает и качает головой.

Я чувствую, как у меня сжимается сердце. Вот и все. Только я подумал, что у нас наконец-то появился шанс, как все закончилось.

— Это был ты, — тихо говорит она. — Дорогой мой. Я должна была догадаться, что это ты.

Она широко и счастливо улыбается, ее глаза загораются. Она наклоняется вперед и быстро целует меня в губы. Я чувствую себя уязвимым, но полным надежды, потому что она прикасается ко мне.

— Ты злишься?

— Почему мне кажется, что за эту поездку ты говорил это слишком часто? — со смехом отвечает она. — Ты человек, которому я не хочу причинять боль, и это вполне логично. Я чувствую себя дурой за то, что когда-то думала, что это был он.

Она стонет и прячет лицо в ладонях.

— Скажи мне, почему я такая чертова дура. Как я вообще могла подумать, что Рекс заботился обо мне в ту ночь? Ничто из того, что он делал за все время нашего знакомства, не давало повода поверить, что он способен быть таким милым и любезным.

Она снова тяжело вздыхает и смотрит на меня.

— Конечно, это был ты, Люк. — Она прикасается к моей щеке. — Ты всегда был потрясающим.

— Надеюсь, это хорошо.

— Неплохо, — говорит она, пожимая плечами. — Ладно. Позже, после того как ты ответишь на рабочие звонки, а я проведу фотосессию, пойдем искать вторую подсказку. Я очень надеюсь выиграть главный приз в конце этого квеста, чтобы изменить свою жизнь и отправиться в путешествие.

— И куда бы ты поехала? — спрашиваю я, с замиранием сердца ожидая ответа.

— Не знаю. В Европу, Австралию или куда-нибудь еще.

Меня накрывает разочарование. Я надеялся, что она скажет, что приедет в Нью-Йорк. Я надеялся, что она захочет попробовать построить настоящие отношения, но она еще к этому не готова. Она не ненавидит меня, но, думаю, в ее глазах я по-прежнему всего лишь лучший друг — друг, который всегда рядом, который заботится о ней и никогда не подведет.

— Ну, я слышал, что в Австралии очень интересно, — шепчу я, не желая показывать, насколько мне паршиво.

— Да, — медленно кивает она. — Думаю, это будет потрясающая поездка, но мне нужно идти на съемку, я ведь обещала.

Она отстраняется и прижимает камеру к груди.

— Увидимся позже.

— Да, — отвечаю я.

Я смотрю, как она уходит, и знаю, что мне следует пойти за ней. Я тоже приглашен на завтрак, но пока не готов войти. Не готов столкнуться с Рексом. Не готов увидеть Мию.