Мое сердце замирает от его слов. Глядя на него, я понимаю, что во всем мире нет никого, кто был бы похож на Люка, и мне это нравится. Я люблю его, и это чувство гораздо глубже нашей дружбы. Глубже моего собственного понимания любви. Я люблю его просто за то, что он есть. Люблю его всем сердцем и душой. Познать его — значит полюбить, и я осознаю, что это чувство нежности и покоя всегда жило во мне, когда дело касалось его.

Я хочу его. Хочу, чтобы он остался, хочу умолять его не уходить. Хочу, чтобы он сам сказал, что не хочет уезжать. Но я боюсь задавать вопросы, боюсь просить ответов. Не знаю, сможет ли он когда-нибудь выбрать меня, ведь я вижу: он все еще ведет ту битву с Рексом — и, возможно, будет вести ее до конца своих дней. Возможно, работа всегда будет для него на первом месте. Я знаю, что не безразлична ему, но все равно я не в приоритете. Я все равно недостаточно хороша для него, а я не хочу быть «недостаточно хорошей». Не хочу спрашивать и вдруг обнаружить, что проигрываю его подсознательной войне, которую он сам до конца не осознает.

— Я хочу сказать тебе, Люк... Я знаю: в твоих глазах Рекс всегда был золотым мальчиком, тем, на кого все смотрят. Но для меня этим человеком всегда был ты.

— Я знаю, — говорит он, улыбаясь и пропуская мои пряди сквозь пальцы. — Ты всегда заставляла меня верить в себя, Миа. Заставляла чувствовать, что я достаточно хорош. Более чем хорош. Мне нравится, насколько ты честна и открыта. И мне так жаль, что я не признался тебе про костюм медведя, жаль, что не рассказал о купании голышом с Талией, и вообще жаль, что я втянул тебя в этот безумный план с фиктивными отношениями. Просто я хотел, чтобы мы хоть раз оказались победителями. Я не хотел больше быть неудачником в истории Рекса.

— И ты не неудачник, — говорю я.

Слегка оттолкнув его, я сажусь ему на бедра.

— Ты гораздо больше, чем просто неудачник из истории Рекса.

Я чувствую его возбуждение между ног и начинаю тереться о него — сначала нежно, а потом все сильнее. Он тянется к моим шортам, расстегивает пуговицу, и я чувствую, как его пальцы скользят под ткань, стягивая шорты вместе с трусиками. Я наклоняюсь и расстегиваю ему молнию. Он смотрит на меня с немым вопросом, а я просто улыбаюсь, стягивая с него джинсы.

Я снова сажусь на него. Между нами остаются только его боксеры, я смотрю на него сверху вниз, покачиваясь взад-вперед. Желание ошеломляет и опьяняет. Я никогда раньше не испытывала такого влечения к мужчине. Такого разнузданного. Такого божественного. Такого восхитительного. Я никогда не хотела, чтобы момент длился вечно с кем-то другим. Только с ним.

— Что ты делаешь? — хрипло выдыхает он и поднимает руки, обхватывая мою грудь.

Он сжимает мои соски, и я закрываю глаза, выгибая спину и продолжая тереться о него.

— Миа, — стонет он.

— Я просто притворяюсь твоей стриптизершей, — смеюсь я. — Можешь представить, что это твой мальчишник, а я — главная звезда вечера.

— Блядь, — хрипит он. — Ты же не хочешь, чтобы я представлял тебя стриптизершей.

— Почему? — хихикаю я.

— Потому что это моя давняя фантазия, — отвечает он.

Он просовывает руку между моих ног и отодвигает край белья. Я опускаю взгляд и вижу, как моя рука обхватывает его член. Наслаждаясь его твердостью, я направляю его к себе. Внезапно я начинаю скользить им по своим влажным складкам. Я чувствую, как головка трется о мой клитор, и становлюсь все влажнее. Мы так близки к тому, чтобы заняться настоящим сексом. Кажется, нужно лишь чуть опуститься, оседлать его и позволить ему войти. Но тут он внезапно замирает.

— Ты делаешь это, потому что не хочешь фиктивной помолвки со мной? — спрашивает он.

Пару секунд я просто смотрю на него, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

— Что?

— Я просто хочу убедиться, что это не приватный танец из жалости, потому что тебе стало стыдно за то, как Рекс заставил меня себя чувствовать, и...

— Конечно нет. Серьезно, Люк? Как ты вообще мог такое подумать?

Я так расстроена. Так разочарована. Мне кажется, что каждый раз, когда я пытаюсь показать ему свои настоящие чувства, свои желания, он понимает меня превратно.

Может, он действительно не видит во мне ничего больше, чем просто друга? Может, я для него — всего лишь развлечение и повод посмеяться? Может, я недостаточно хороша для него? В его мире я осталась просто лучшей подругой. Наверное, он уже перестал думать о нас в романтическом ключе, и, возможно, мне стоит усвоить этот урок.

Я сползаю с него, переворачиваюсь на бок и встаю с кровати.

— Подожди, что я не так сказал?

— Ничего. Просто это была плохая идея, — быстро отвечаю я.

— Нет, но... — Он смотрит на меня с тревогой в глазах. — Я не имел в виду, что ты хочешь быть с Рексом или вроде того. Надеюсь, ты поняла меня правильно.

Я тяжело вздыхаю.