Мое сердце подпрыгивает от радости.

Мы вешаем трубку, я быстро собираюсь и иду на пляж.

Я вижу ее силуэт рядом с пальмой. Когда я подхожу, она поворачивается, но не машет рукой и не улыбается. Она просто стоит там, выглядя в точности как та Миа из нашей юности, из бесконечных ночей, проведенных на этом песке.

— Привет, — говорю я. — Я принес две колы.

— Я тоже принесла две колы.

Мы оба начинаем смеяться, потому что раньше мы делали так постоянно. Спускались на пляж, пили колу, ели шоколад и просто смотрели на звезды. Мы садимся на песок, сначала робко, словно это первое свидание или встреча после тяжелого расставания.

— Знаешь, я уже очень давно не смотрела на звезды. С тех пор, как ты уехал из города, — говорит она, глядя на меня.

— Ну, наверное, потому что это я всегда рассказывал тебе о созвездиях, — со смехом отвечаю я.

— Да, это так.

Она тяжело вздыхает, и мы просто смотрим друг на друга.

— Очень приятно быть здесь с тобой. Спасибо, что пришла.

— Мне кажется, мы застряли в прошлом, — внезапно произносит она. — У нас была такая прекрасная дружба, мы были так близки и столько времени проводили вместе... Думаю, мы оба потратили слишком много лет, вспоминая, как все между нами было идеально, и застряли в этом. Нам нужно двигаться дальше.

Она опускает взгляд, нервно перебирая пальцами. Ее нога отбивает ритм песни, которую слышит только она. Я чувствую, как она ускользает от меня.

Ее слова звучат так, будто она описывает воспоминание из другой жизни. Как будто нас настоящих больше не существует. Как будто больше нет тех Луки и Ми-Ми.

У меня сжимается сердце. Кажется, что это конец. Кажется, что я теряю ее, теряю ее дружбу, теряю ту часть себя, которая делала нас нами. Я не хочу этого терять.

Я не могу ее потерять. Я буду бороться за нее.

Я буду бороться за нас.

Я буду бороться за ту мелодию, что стала саундтреком всей нашей жизни.

Я ничего не говорю. Вместо этого смотрю, как краб ползет по песку и роет себе норку. Затем поворачиваюсь к ней — ее лицо такое прекрасное, невинное, доброе, ангельское. Я хочу взять ее за руку и просто держать. Хочу прикоснуться к ней. Хочу снова почувствовать эту связь, но не нахожу слов. Часть меня согласна с ней. Те годы были лучшими в моей жизни. Она была лучшей частью моей жизни. Но как ей об этом сказать?

— Пойдем поплаваем? — предлагаю я, вставая. Мне нужно движение, я не хочу оставаться в этом оцепенении, не хочу, чтобы невысказанные чувства копились внутри, причиняя боль и грозя вырваться наружу.

— Поплавать? Но ведь уже ночь, — удивляется она.

— И что? Давай искупаемся.

— У меня нет купальника.

— Нам не нужен купальник.

— Ты хочешь поплавать голышом? — Она улыбается, ее глаза блестят, когда она качает головой. — Ты серьезно предлагаешь мне искупаться голышом?

— Ну, я же не предлагаю тебе впервые заняться сексом прямо в океане, — смеюсь я. — Но да, давай поплаваем без одежды.

Пару секунд она молча смотрит на меня.

— Спорим, ты не решишься? — говорю я, и ее глаза сужаются. — Бросаю вызов. Двойной вызов.

— Ты не можешь бросить мне двойной вызов, Люк. Это нечестно. — Она качает головой. — Ты правда не собираешься ничего отвечать на то, что я только что сказала?

Я пожимаю плечами.

— Может, я найду нужные слова, когда окунусь.

— Ладно, — соглашается она.

Я смотрю, как она быстро стягивает одежду, бросает ее на песок и бежит к воде. Я тоже раздеваюсь и мчусь за ней. Не могу отвести взгляд от ее задницы, пока она убегает, и со смехом ныряю в волны.

Вода ледяная. Я почти замерзаю, но продолжаю плыть. Я чувствую себя живым. Чувствую полное единение с природой. Пару минут я плыву на спине, а потом смотрю на нее. Она плывет рядом. Мокрые волосы прилипли к лицу, ресницы слиплись от воды. Луна освещает ее, и она кажется сказочной русалкой, мистическим морским созданием. Я так хочу ее обнять.

— Холодно, — стучит зубами она, а я лишь рассмеялся.

— Да, холодно, — киваю я. — Но тело привыкнет. Обещаю.

— Надеюсь.

Она ложится на спину и плывет рядом. Слегка задевает меня и хихикает.

— Извини.

— Ничего страшного.

Я тоже переворачиваюсь на спину.

Мы просто лежим на спокойной воде — обнаженные, погруженные в свои мысли. Вокруг тишина. Но это не неловкое молчание. Это комфортная, дружеская тишина, в которой сказан миллион вещей.

Я чувствую, как ее пальцы слегка касаются моих, и поворачиваю голову. Она смотрит мне в глаза и улыбается.

— Это были лучшие годы и в моей жизни тоже.

Я лишь улыбаюсь в ответ. Конечно же, она прочитала мои мысли.

— Я знаю. Просто я не хочу их отпускать, — признаюсь я.

— Думаю, нам придется, Люк. Чтобы двигаться дальше, нужно отпустить прошлое.

— Я знаю, — глухо отзываюсь я.