Она отвернулась от него, понимая, что, если продолжит смотреть на звёзды, он начнёт упрекать её за пренебрежение своими обязанностями. Пора было возвращаться в бальный зал, где от неё ожидали, что она будет играть роль любезной хозяйки. Она будет улыбаться, кивать и благосклонно принимать внимание потенциальных женихов. Проведя рукой по своим длинным лавандовым волосам, чтобы убедиться, что ни один волосок не выбился из причёски, Новалис направилась к двойным стеклянным дверям.

— Ты не хуже меня знаешь, что фейри не заболевают только потому, что на улице холодно.

Ариесиан смахнул снежинку с воротника своего сюртука.

— И всё-таки, что ты здесь делаешь?

Избегала испытующих взглядов и слухов о том, что к Середине лета, если у неё всё ещё не будет пары, звёзды сами выберут ей спутника. Давала себе несколько мгновений, чтобы перевести дух, и отчаянно желала, чтобы легендарные мифы были чем-то большим, чем просто историями, придуманными мечтателями.

Все эти причины она оставила при себе. Ей не хотелось тревожить Ариесиана собственными, такими незначительными заботами.

— Мне нужен был свежий воздух. — Новалис пренебрежительно махнула рукой, когда Ариесиан придержал для неё дверь. — Ты ведь знаешь, каким переполненным и душным бывает Бал Йоля, когда все… дышат.

Это было, мягко говоря, жалкое оправдание.

К её удивлению, Ариесиан усмехнулся.

— Не припомню, чтобы ты когда-либо испытывала такое отвращение к светским мероприятиям.

— Напротив, сами мероприятия меня вовсе не тяготят. — Она свернула за угол коридора к широкой лестнице, ведущей вниз, в роскошный бальный зал. — Просто мне никогда не нравилось быть предметом всеобщих разговоров.

Этого ей едва ли удавалось избежать.

Она остановилась на верхней площадке лестницы, окидывая взглядом открывшуюся перед ней картину. Бальный зал Дома Селестин был великолепен. Его убранство должно было впечатлить знать всех пяти домов Эйрамира, создавая у каждого гостя ощущение, будто он оказался в настоящей зимней сказке. Вазы в каждом углу были наполнены пуансеттиями с золотистыми кончиками лепестков, водопады покрытых инеем голубых зимнецветов ниспадали с опоясывающего зал балкона, а у неприметных входов тут и там висели сверкающие веточки омелы, перевязанные красными лентами. Омела, без сомнения, была делом рук её младшей сестры, Кейлиан, которая клялась, что любой, кто разделит поцелуй под зачарованной омелой, непременно влюбится.

Над головой в воздухе кружились снежинки, создавая ощущение, будто все они оказались внутри чудесного снежного шара. Мерцающие огоньки волшебного огня были развешаны по тёмному деревянному потолку в виде созвездий, окутывая весь зал тёплым, приветливым сиянием. Банкетные столы ломились от блюд с жареным мясом и овощами, мисок с выпечкой и свежими булочками, а также многоярусных подносов с самыми разными десертами: пирожными с кремовой начинкой и ягодами в шоколадной глазури.

Повсюду вокруг неё звучали музыка и смех, а воздух словно был насыщен какой-то электрической энергией. Эта энергия дрожью пробегала по её коже, нарушая внутреннее спокойствие чувством тревоги. Что-то менялось. Какая-то противоестественная срочность витала вокруг, наполняя её беспокойством, словно вот-вот должно было произойти нечто, способное изменить всю её жизнь. От этого в животе всё сжималось, а сердце билось всё быстрее.

— Сестра.

Новалис подняла взгляд на брата, затем посмотрела на предложенную им руку.

— Идём? — Он жестом указал вперёд. Каждая ступень была насыщенного тёмно-синего цвета, усыпанная серебристыми блёстками, так что казалось, будто в них инкрустированы тысячи крошечных звёзд.

— Конечно.

Она вложила руку в сгиб его локтя, а другой приподняла подол платья, и вместе они начали спускаться по изогнутой лестнице к празднику внизу.

Новалис не нужно было смотреть по сторонам, чтобы знать: все взгляды были прикованы к ним. Прежде всего потому, что она шла под руку с Ариесианом Старстормом Селестином, Хранителем Звёзд, лордом Первого Дома Эйрамира и верховным советником королевы Эловин Уиллоублейд.

Кроме того, Ариесиан был самым завидным женихом во всём Эйрамире, уступая лишь сыну королевы.

Как быстро эти любопытные взгляды скользнули с него на неё. Их пристальное внимание было вполне объяснимо: если её брат был Хранителем Звёзд, то именно Новалис умела читать их. Этот дар она никогда не принимала как должное. Хотя могло показаться, будто сама судьба лежит у неё на ладони, даже у такой магии были свои пределы.

Её собственная судьба была ей неподвластна.

Чтение звёзд было неотъемлемой частью магии Дома Селестин. К нему прибегали, чтобы определить судьбу любого фейри в Эйрамире, а также использовали, помогая королеве Эловин в вопросах придворной политики. Поскольку магия королевы была связана с землёй, она полагалась на звёзды как на источник наставлений. Такой совет ей давала мать Новалис, Триста Старсторм. Она была нынешней Чтицей Звёзд и предсказала судьбу Новалис в ночь её рождения. И хотя Новалис надеялась на нечто более значительное, чем обещание удачного брака, она без колебаний приняла тот факт, что уже в ближайшие месяцы именно ей предстоит занять место матери и стать следующей Чтицей Звёзд.