Девчонка ловко забирает последний выломанный клык, прячет его в подсумок и резко разворачивается, намереваясь уйти в чащу леса. Она старательно держит спину прямой, пытается казаться абсолютно невозмутимой, но я отчетливо слышу ее сбитое дыхание и вижу, как мелко дрожат ее пальцы.

Неужели ее так выбила из колеи нелепая оплошность в бою? С ее опытом она должна относиться к подобным стычкам проще. Или мелкая просто до дрожи в коленях боится меня?

Делаю широкий размашистый шаг, настигая ее за секунду, и тяжело опускаю ладонь девчонке на плечо, заставляя замереть.

Она реагирует как сжатая пружина.

Резкий разворот на каблуках, глухой металлический щелчок механизма – и острие заряженного арбалета упирается мне прямо в грудь.

– Сказала: не трогай.

Я лишь усмехаюсь, демонстративно медленно разводя руки в стороны:

– Ты чего такая дикая?

– Отвали, понял?

Дикарка.

Одним коротким движением я бью ребром ладони по ложу арбалета, вышибая его из ее пальцев прямо в сырую траву. Не давая опомниться, делаю шаг вперед, наступая.

Девчонка могла бы драться, я знаю. Она не промах. Но она неожиданно пятится, оступается и со всего размаху впечатывается лопатками в шершавый ствол сосны. Замирает, судорожно хватая ртом холодный воздух.

Я нависаю сверху, жду сопротивления. Но она не пытается ударить, не кричит и не бежит. Ее взгляд лихорадочно, неотрывно скользит по моим скулам, челюсти, губам – она буквально ощупывает каждый сантиметр моего лица.

Наклоняюсь к ней, ведя носом вдоль ее виска, и шумно втягиваю воздух у самых волос.

В голове мгновенно взрывается сверхновая. Крышу сносит напрочь. Меня изнутри рвёт в щепки.

От нее пахнет одуряюще. Тонкий, сладко-острый, пьянящий аромат, прошитый чем-то до безумия, до боли знакомым. Этот запах поджигает кровь – в груди нестерпимо горит, выворачивая ребра звериной тягой. Затянусь её запахом ещё пару раз – точно сдохну от перенасыщения.

Я медленно поворачиваю голову, и наши лица оказываются в считаных сантиметрах друг от друга.

Глаза в глаза.

Она приоткрывает рот, тяжело, рвано дыша, и нервно проходится кончиком языка по нижней губе. Снова…

Это будто приглашение.

Зрелище бьет под дых сильнее любого удара. Я смотрю на этот влажный след и внутри разрастается желание покусать и облизать эти губы. Вылизать ее рот изнутри, жадно всосать язык. Она наверняка на вкус как чистое, неразбавленное безумие. Хочу услышать, как она стонет.

Член напрягается до боли. Возбуждение настолько острое и дикое, что самоконтроль трещит по швам.

Я вжимаюсь в нее бедрами, прямо в стык ее ног. Пусть чувствует. Пусть знает, чего я хочу.

Она коротко выдыхает, на мгновение беспомощно прикрывая глаза, но… не отталкивает меня. Не пытается вывернуться, хотя могла бы. Распахивает веки – и снова буквально жрет взглядом, жадно, лихорадочно, с тем же запредельным голодом.

Глава 1.4

Наклоняюсь еще ниже, обжигая дыханием ее шею, и медленно, тягуче потираюсь стояком о ее бедро. Я хочу раздеть её и трахнуть прямо здесь, прижав к мокрому дереву.

– Лилит! – мужской голос разносится по лесу где-то совсем неподалеку.

Девчонка вздрагивает всем телом, словно ее огрели хлыстом. Паника искажает ее лицо – она резко дергается в сторону, отшатываясь от меня, глядя с немым, парализующим ужасом.

– Я… я… Ксандр… – потерянно лепечет она пересохшими губами, а затем с силой закусывает нижнюю, едва ли не до крови.

– Лилит! Где ты?!

Её снова зовут.

Внутри все клокочет.

– Ли-лит. Это твоё имя?

Буквально перекатываю её имя на языке. Оно отдаёт чем-то глубинным, свирепо резонирующим со всеми внутренними радарами.

Она торопливо подхватывает с земли свой арбалет, избегая смотреть мне в глаза:

– Мне пора. Это мой жених.

Какой еще на хрен жених?

Да в целом плевать.

Делаю широкий шаг к ней, но Лилит реагирует мгновенно. Вскидывает арбалет и спускает тетиву без секундной задержки. Сухой щелчок – и стальной болт со свистом рассекает воздух в миллиметре от моего виска, срезая прядь белых волос и с глухим стуком впиваясь в ствол сосны позади.

Бешеная. Абсолютно ненормальная.

Я даже не моргаю. Лишь нагло усмехаюсь, давая ей понять, что таким меня не испугать.

– Стой где стоишь! – чеканит она так яростно, что ее буквально колотит мелкой дрожью. Пальцы с силой сжимают рукоять. – Не приближайся ко мне больше никогда. Иначе я тебе член отстрелю, озабоченный придурок.

Смотрю на нее исподлобья, медленно очерчиваю взглядом тяжело вздымающуюся грудь. Куртка Ли-лит распахнулась во время потасовки, тонкая ткань майки промокла от дождя, и сквозь нее отчетливо проступают аккуратные, упругие сиськи, а ещё затвердевшие от холода и – я уверен – возбуждения соски. Она без лифчика.

Медленно провожу языком по нижней губе, откровенно разглядывая её.