— Это действительно так, — сказала я таким тоном, что можно было подумать, что он идиот. — Вы не слышали о разбивании стекла? — я наморщила лоб. — В Бруклине это очень популярно. Ну, знаете, в Нью-Йорке. Америка.

«Переигрываешь. Сбавь тон, Арианна».

Он погладил бороду.

— Конечно, я слышал о разбивании стекла, — он кивнул на мужчину на сцене — бледнокожего парня в рубашке с оборками. — После того, как этот придурок закончит, твоя очередь. Как тебя зовут, дорогая?

— Арианна.

Мужчина на сцене сжимал микрофон. Длинные чёрные волосы свисали на его полупрозрачную кожу, и я заметила, как блеснули клыки.

— Так в чём же прикол с людьми? Моя жена — человек. У меня десятая жена-человек, вы понимаете, о чём я? Я женюсь на них, когда им по двадцать и у них симпатичные задницы, а шестьдесят лет спустя я как будто женат на Хранителе склепа.

Толпа застонала. Зрители сидели за маленькими круглыми столиками, потягивая напитки. Большинство из них выглядели как люди. На других были рубашки с воланами и воротничками с рюшами, а некоторые даже были в елизаветинских оборках и бархатных костюмах. Но, не видя их клыков и не чуя их запах вблизи, было трудно понять, кто из них вампир, а кто просто напялил клыки.

Я сделала ещё один шаг внутрь, изучая планировку заведения. В задней части паба висел занавес, образовывавший что-то вроде импровизированной сцены. Возможно, я могла бы проколоть этого придурка-комика колом сквозь занавес. Самое приятное в убийстве вампиров было то, что они не оставляли после себя тела — только незаметную кучку пепла, которую легко не увидеть в темноте.

— Моя жена сумасшедшая, — он говорил в микрофон, и в воздухе витали отклики. — Вы знаете, она старается есть всё натуральное. Никаких ГМО, никаких консервантов. Но вместе с тем у неё накладные сиськи и ботокс. Так что для неё хорошо есть киноа, но она отравляет мой обед химикатами, не так ли? Я не хочу пить это дерьмо. Отвратительно.

Мне нравилось, когда мои жертвы помогали мне избавиться от чувства вины.

— За что вы меня освистываете? — закричал он.

Я понятия не имела, где находится Руадан, за исключением того, что он, вероятно, наблюдал за мной из тёмного угла.

Держа свой ящик со стаканами, я скрылась за занавеской.

Там пахло старым пивом и мочой, а места было немного — едва хватало для маленького карточного столика, складного стула и нескольких поношенных костюмов, висевших на покосившейся вешалке. Дверь в туалет для мужчин была открыта.

Я поставила стаканы на стол, слушая, как комик разглагольствует перед толпой о сиськах своей человеческой жены. Я вытащила кол из декольте, готовая к действию. Я спрятала его за спину, чтобы он его не заметил.

Когда толпа снова затихла, черноволосый вампир шагнул за занавес. Его пристальный взгляд прошёлся по моему телу сверху вниз, и он откинул свои чёрные волосы с глаз.

Он облизал клыки.

— Привет, дорогая. Ты выглядишь как аппетитная пышечка. Ты в порядке?

— Всё отлично, — я улыбнулась ему, затем выхватила кол и вонзила его ему в сердце, прежде чем он успел сообразить, что происходит. Его глаза расширились от шока, а затем его тело почернело и растрескалось.

Он превратился в кучку пепла, и воздух немного затуманился. Я старалась не вдыхать его, опасаясь, что в лёгкие попадут частицы вампира. Я закашлялась.

Один убит, осталось четырнадцать. Я ногой замела оставшуюся от него кучку под стол, а затем спрятала колышек обратно в декольте.

Это было легко.

Голос ведущего со сцены прогремел над пабом.

— А наша следующая артистка, прямо из Нью-Йорка, из Большого Яблока — Арианна, с новым модным направлением, битьём стаканов!

Прежде чем выйти на сцену, я схватила с вешалки одно из испачканных платьев — что-то вроде костюма феи с юбкой из органзы. Я разорвала лиф, пока не получилась длинная полоса ткани, и обмотала ею костяшки пальцев.

Я перекинула волосы через плечо, нацепив на лицо улыбку. Наверное, это выглядело как нечто среднее между «безумной телеведущей детской передачи» и гримасой серийного убийцы, помешанного на клоунах, перед тем как он перережет кому-нибудь горло. Я понятия не имела, как устроить шоу. По крайней мере, я не знала, как устроить шоу без крови и отрубленных конечностей.

Я уже чувствовала, как толпа напряглась, как будто само моё присутствие заставляло их нервничать. Я оглядела аудиторию, пытаясь отличить настоящих вампиров от их поклонников-готов. Я заметила у нескольких клыки, но большинство держали рты на замке. Несколько человек явно походили на артистов: пожилая женщина, сгорбившаяся в первом ряду, одетая в костюм малышки Бо Пип в стиле бурлеск, с бокалом мартини в руках; пугало с барабаном бонго.

Как выманить вампиров из этой толпы людей…

На импровизированной сцене стоял небольшой табурет, и я поставила на него ящик со стаканами. Затем я наклонилась к микрофону.