Но когда ей было шесть, и она сидела за своим маленьким столом в обеденном зале, вошел мужчина. Весь зал погрузился в тишину. Он был высоким. Красивым. Карие глаза и черные волосы. От него исходила мощь, но не он завладел ее вниманием. А женщина-фейри, шедшая на шаг позади него. Ее ледяные светлые волосы были прямыми, как стрелы, а глаза — цвета чистого неба. Она была прекрасна, и Эвиана мгновенно была очарована ею. Взгляд Вальтера скользил по всем присутствующим, задержавшись на Эвиане, как ей показалось, на целую минуту, прежде чем Мать Корделия повела его дальше по залу.

Она не видела его следующие десять лет. Затем его визиты стали чаще, но он не заговаривал с ней, пока ей не исполнилось девятнадцать. Ее год Выбора должен был наступить в двадцать. Женщина, которая следовала за ним повсюду, выглядела все более изможденной с каждой встречей. За три месяца до начала Выбора она исчезла совсем. За два месяца Эвиана узнала, что Вальтер планирует выбрать ее в качестве замены. За месяц до начала у нее была «пробная встреча» с Вальтером. А в ночь перед Церемонией Пробуждения ее представили Манселю и Джулиусу.

Той ночью она смирилась с участью, которую уготовили ей Судьбы. Той ночью она умерла внутри. Стала лишь сосудом. Той ночью она перестала что-либо чувствовать. Той ночью стало неважно, какие грехи запятнают ее имя.

А в день, когда у нее отняли ребенка, она родилась заново с единственной целью.

— Гала-бал Сираны на следующей неделе, — сказала Тесса, нарушая тишину.

— Пустая затея, — отозвалась Эвиана. — Тебе наверняка полагается выручить приличную сумму.

— Что? — Тесса нахмурилась.

Эвиана закатила глаза. Девушка действительно была наивной.

— Сирана — богиня любви и плодородия, но Наследия используют этот праздник как повод для оргий и разврата. По традиции Источники предлагаются на одну ночь тому, кто больше заплатит. Впрочем, ты — не обычный Источник, так что, возможно, тебя избавят от этого представления.

Бокал Тессы выскользнул из пальцев и разлетелся вдребезги о пол, а в ее глазах вспыхнули молнии.

— И Лорды с Леди не против этого?

Эвиана фыркнула от раздражения:

— Лишняя монета в их кошельках и закрепление выгодных союзов? Разумеется. Они более чем согласны. Как ты думаешь, чья это была идея? Предложи нечто недоступное, и богачи возжаждут этого так же сильно, как золото. Подписываются длительные контракты, конечно же.

— Конечно же, — повторила Тесса, явно взбешенная этой новостью.

Это было странно. Она уже месяцы участвовала в политике королевства. Почему это стало для нее сюрпризом?

— В это же время обычно объявляют контракты на брачные союзы на год, — добавила Эвиана.

Тесса нахмурилась.

— О союзе Теона объявили месяцы назад.

— Потому что он Наследник, и Вальтер хотел кое-что доказать. Но на Гала-бал это все равно подтвердят официально.

— Понятно, — пробормотала Тесса, стуча пальцами по подлокотнику.

— Теон всегда был другим, — сказала Эвиана.

Тесса перестала стучать пальцем.

— Что?

— Теон, — повторила Эвиана. — Вальтер пытался вылепить из него свою копию, но Теон всегда сопротивлялся. Я считала это бессмысленным, но он упорствовал.

— Ты пытаешься сказать мне, что где-то в глубине души он хороший? — с сомнением спросила Тесса.

— Нет, — фыркнула Эвиана. — В Девраме нет никого хорошего из Наследия. Есть только те, кто пытается оправдать свои преступления, уравновешивая их редкими, почти достойными поступками.

Тесса резко встала, осторожно обходя осколки стекла.

— Прости за это. Я пришлю кого-нибудь прибраться.

— Не нужно, — ответила Эвиана.

— Есть что-нибудь, что ты хотела бы получить в следующий раз?

— В следующий раз?

— Если только ты не хочешь, чтобы я перестала приходить, — добавила Тесса.

— Ты вольна делать что пожелаешь, — сказала Эвиана. — Свобода ведь у тебя.

— А что бы сделала ты, будь у тебя такая же свобода?

— У меня ее нет.

Тесса кивнула.

— Лэнгу и Корбину вполне можно доверять.

Снова какие-то случайные слова из ее уст.

— До следующего раза, Эвиана, — почти пропела она перед уходом, и дверь за ней захлопнулась.

Эвиана лениво подумала, что Лука думает о ее визитах сюда. Никто из них ее не любил, и она не могла их винить. Она обрушивала на них гнев Вальтера столько раз, что и не сосчитать. Или сидела в своем кресле и смотрела, ничего не предпринимая. В этом, полагала она, и была разница между ней и Теоном. Теон пытался оправдать свои грехи, она же — нет.

Странно, однако, что Тесса расспрашивала о Крессиде. Должно быть, та совершила какую-то оплошность, раз привлекла такое внимание.

Эвиана поднялась с кресла. Свежий порез на ладони еще саднил. Тот, что на пальце, затягивался. Перейдя комнату, она подняла один из гребней. Красивый. Концы полумесяца были острыми, а зубцы рогов достаточно крепкими, чтобы ими можно было нанести удар.