— Конечно, ты знаешь, что он там, внизу. Вальтер действительно рассказывает тебе абсолютно все, верно?

— Не все, — ответила Эвиана.

— Ну да. Твоя дочь, — сказала Тесса, снова откидываясь на спинку и делая приличный глоток вина. Она постукивала ногтем по стеклу, о чем-то размышляя. Затем спросила: — Ты знаешь Лэнга и Корбина?

— Двое фейри, на которых Теон заявил права после церемонии Проявления, — сказала Эвиана. — Вальтер какое-то время был в ярости.

В ту ночь он был особенно груб с ней. На следующее утро на ее бедрах все еще красовались синяки. Обычно такие раны заживали за часы, но те сходили почти два дня.

Тесса снова отставила бокал, вытащила гребни из волос и положила их на диван рядом с собой. Запустив пальцы в пряди, она слегка потянула их за кончики и произнесла:

— Они мои друзья. Именно поэтому на них заявили права.

Эвиана кивнула.

— Но я полагаю, когда Вальтер изучил информацию о них, он перестал так сильно расстраиваться? — добавила Тесса.

— Я не могу выдавать секреты моего Хозяина, — ответила Эвиана, позволяя Вальтеру услышать эти слова.

— Они снова тебя допрашивают? — потребовал ответа Вальтер.

— Они пытаются, но у них никогда не получается.

— Хорошо, Эви. Очень хорошо!

Эвиана вздохнула, подперев подбородок рукой и наблюдая за Тессой. Она так и не поняла, зачем нужны эти визиты. Казалось, Тесса действительно приходит просто поболтать.

И оставить ей вещи.

— Я знаю, ты не можешь предать Вальтера, — сказала Тесса, снова берясь за вино. — Я бы никогда не попросила тебя об этом, зная, как он любит… корректировать поведение.

Тесса ничего не знала.

Она никогда не испытывала на себе то больное удовольствие, с которым Вальтер причинял боль во имя наказания и «исправления поведения». Теон всегда оберегал ее. У нее всегда был кто-то, кому она была небезразлична. Эвиана поняла, что их связь — нечто большее, чем связь Источника, в ту самую секунду, когда Теон привел ее в дом Ариуса. В тот миг, когда он был готов напасть на собственного отца при одном упоминании о том, чтобы «поделиться» Тессой. Тогда Эвиана оплела его своими лозами, держа в заложниках. Она шептала ему, что он захочет верить, будто Тесса тоже любит его, когда она наконец сдастся. Пусть он и запер девушку в винном погребе, он бы никогда и в страшном сне не отдал Тессу Джулиусу или Манселю. Он бы никогда не позволил другому кромсать ее плоть. Никогда бы не позволил другому оплодотворить ее, а затем связать, пока младенца отнимают у матери в тот самый миг, когда он делает первый вдох.

Он бы не стал использовать невинное дитя, чтобы держать ее в узде.

— Ты можешь рассказать о Крессиде? — спросила Тесса, возвращая Эвиану в настоящее.

— Что именно? — отозвалась Эвиана.

Тесса пожала плечами.

— Я редко видела ее с Вальтером где-то, кроме ужинов. Чем она занимается целыми днями в доме Ариусов?

— Ты хочешь знать о ее повседневных делах?

— Жену Рордана я тоже никогда не вижу, — добавила Тесса.

— Их жены — лишь пары для выведения потомства.

— Я знаю, — сказала она. — Но они же должны делать что-то еще?

— Я всегда была подле Вальтера. Мне мало что известно о делах Крессиды.

Тесса лишь хмыкнула в ответ, откусывая еще кусочек пончика.

— Ты ведь знаешь Теона и Акселя всю их жизнь, верно?

— Да.

— А Луку?

— Его отец недолгое время был одним из советников Вальтера.

— Интересно, — пробормотала Тесса.

— Кому-то — да.

— А сколько вообще лет Вальтеру? Мне кажется, он не так стар, как я думала.

— С чего бы тебе так думать? — спросила Эвиана.

— Потому что я видела твое досье. Я знаю, сколько тебе лет, и если тебя назначили его Источником в юном возрасте, ему должно быть меньше ста лет, — ответила Тесса.

Эвиана усмехнулась.

— Такая умная и такая наивная.

— Что это значит? — Тесса тут же ощетинилась.

— Теон и Аксель, полагаю, и сами не знают. Но я не была первым Источником Вальтера.

Глаза Тессы расширились:

— Его первый Источник умер?

— Да.

— Как?

Эвиана снова скользнула рукой за подушку, чувствуя порез от стекла на ладони.

— Я не знаю.

Тесса замолчала, и Эвиана оставила ее наедине с мыслями, погружаясь в собственные воспоминания.

Когда она впервые увидела Вальтера, ей было шесть лет. Она жила в поместье Селеста. Мать Корделия даже была ее Надзирательницей Поместья, как у Тессы. Эвиане никогда не позволяли приближаться к другим детям, и она не понимала почему. До тех пор, пока не прошли десятилетия. Вместо того чтобы делить комнату с несколькими девочками, она жила лишь с одной. На ту девушку тоже заявили права для королевства Ариуса во время ее года Выбора, хотя Эвиана ее больше никогда не видела. Когда других отправляли играть на улицу, ей давали книги для учебы. Ее экзамены с самого начала были суровее. Даже ее одежда была другой.