Рядом со мной я чувствую, как напряглось тело Трейса.

— Я не должен был ничего говорить. Забудь об этом.

Слова: «Этого не случится» вылетают из моего рта.

— Ты думаешь, что это глупо.

— Нет, я не считаю это глупостью, просто удивлена, что ты так считаешь. Ты такой весь мужественный. — Я говорю эти слова, чтобы успокоить его уязвлённое самолюбие, но мой разум всё ещё несётся со скоростью тысяча километров в секунду. — Не думала, что ты такой чувствительный.

Я отпускаю его руку, чтобы перевернуться на спину. Нахожу в темноте его плечо и целую голую кожу, проводя рукой по его груди.

— Люблю это в тебе.

Чёрт.

Я сказала «люблю».

Что, если он подумает, что я влюблена в него?

Ведь это не так. Не может быть!

Прошло только две недели!

— Правда?

— Да. Я думаю, что ты... — Просто скажи ему, что ты чувствуешь. — Замечательный.

Вот бы мой отец чувствовал то же самое.

ГЛАВА 18

Трейс

— ...жаль, что Холлис не смогла прийти сегодня.

Мама добавляет это высказывание к концу другого предложения, словно если вставить его между делом, то оно останется незамеченным. Как если бы она только что сообщила, что небо голубое или цветы красивые.

Безобидно и ненавязчиво — и в то же время вопиюще ужасающе.

— Прости... что?

Мы ужинаем после моей игры — весь клан Уоллесов, включая моих брата и сестру, собрался в Городе ветров ради этой игры. И теперь сидим за большим круглым столом в одном из самых элегантных ресторанов Чикаго.

Нас даже усадили в отдельной комнате, чтобы нам не мешали.

Маме это нравится.

Так она чувствует себя особенной.

— Что, дорогой? — Она не смотрит на меня, просто поднимает брови и нарезает помидор на своей тарелке с салатом.

— Ты сказала: «жаль, что Холлис не смогла прийти сегодня». Что ты имела ввиду?

Плечи Женевьевы поднимаются и опускаются в невинном пожатии.

— Просто сказала, что жаль, что она не смогла прийти.

Почему она должна была прийти?

— Ты... ты пригласила её?

— Может быть?

Перевод: она пригласила.

— Чёрт возьми, ма! Почему ты мне не сказала?

— Какая разница? Она не смогла прийти. — Мама продолжает возиться с салатом, успешно избегая моего пристального взгляда.

— Кто такая Холлис?

— Девушка твоего брата, — буднично сообщает папа моей сестре, как будто в этом нет ничего особенного.

Чёрт. Как я мог забыть, что продолжаю лгать своим родителям, а теперь и сестре?

— Она не... то есть... Холлис...

Все смотрят на меня, пока я путаюсь в словах.

Трипп откладывает столовые приборы, скрещивает руки, откидывается на спинку стула и устраивается в ожидании шоу, которое, как он знает, должно произойти. Давайте посмотрим правде в глаза, брат знает, что история с Холлис — полная чушь, и находится здесь ради моего неизбежного падения на глазах у наших родителей.

Ублюдок.

— У тебя есть девушка? — Удивление моей сестры ощутимо. — Почему я с ней не знакома? Почему её здесь нет? — Она тянется к своей сумочке за спиной и достаёт телефон. — Как, говоришь, её зовут? Я хочу поискать её в социальных сетях.

— Слушай, оставь это. Холлис не... — Я даже не могу произнести это без того, чтобы в горле не образовался комок вины.

— Холлис не что, дорогой? — Теперь мама смотрит на меня с надеждой на лице. — Холлис не зарегистрирована в Instagram?

Господи.

Как же я себя сейчас ненавижу. Я вздыхаю.

— Правда в том, что... Холлис она... скорее... она... — Давайте подумаем, как мне сказать им правду? — Она скорее друг.

— Друг с привилегиями? — спрашивает Тру.

— Нет, мы просто друзья.

— От друзей до любовников? — уточняет мама. Наклонившись, она заговорщически касается руки моей сестры. — Это мой любимый жанр любовных романов, чтоб ты знала.

Она обводит взглядом стол, и мне хочется блевать.

— Нет, мам. — Но технически да, теперь, когда мы переспали, нас можно считать друзьями и любовниками. Я думаю. — Мы скорее просто друзья.

— Но... — Надежда на мамином лице сменяется недоумением. — Тогда почему она проделала весь этот путь до нашего дома? Зачем сказала, что вы встречаетесь? Почему так старалась? Я что-то запуталась.

— Э-э-э... — Вот и весь мой блестящий ответ.

— Думаю, этот придурок пытается сказать нам, что Холлис не хочет иметь с ним ничего общего и пришла к нам в дом только потому, что он что-то там ей наплёл. —Удовлетворённый тем, что раскрыл какую-то великую тайну, Трипп возвращается к своему ужину, берёт нож для стейка и нарезает мясо на тарелке.

— Ты так говоришь, будто это преступление. — Мне хочется стукнуть брата за его точность.