— Не открывай дверь! — прохрипел Малик. — Это тебя убьёт, а я не хочу, чтобы ты умерла.

Я поднесла свечу к окошку, пытаясь разглядеть, что происходит внутри. Малик сидел, сгорбившись над собственной блевотиной. Его волосы свисали грязными, сальными волнами, а покрытая грязью кожа блестела от пота.

Когда он говорил, то не мог даже поднять голову. Казалось, каждое слово требовало от него невероятных усилий.

— Бальтазар использует нас. Я знаю, ты пытаешься помочь ему, но в нём слишком много тьмы и зла. Он бросил меня сюда, потому что я стал угрозой его планам. Тебе нужно бежать от него. — Он замолчал, пытаясь отдышаться. — Лейла мертва. Бальтазар убил её. Он зарезал её у меня на глазах. Ты должна спасти себя.

— Мы с Лейлой нашли способ помочь мне. Ты должна отправиться на поиски человека по имени Джон Джеймс. Перенесись в восемнадцатый век. Джон Джеймс — единственный, кто сможет тебе помочь. — Из его горла вырвался надсадный, мокрый кашель.

— Как мне его найти? — Я так сильно стиснула подсвечник, что костяшки пальцев побелели.

Малик махнул мне рукой, всё ещё заходясь кашлем.

— Восемнадцатый век. Америка. Джон Джеймс, — только и сумел выговорить он.

Я бросилась вверх по лестнице из темницы и поспешила в свою спальню, где приготовилась ко сну. Мне понадобился почти час, чтобы взять себя в руки. Но когда Бальтазар тяжёлыми шагами поднялся по лестнице, я уже успела успокоить дыхание и бешено колотившееся сердце.

Бальтазар распахнул дверь спальни с такой силой, что она грохнулась о стену.

Я испуганно дёрнулась.

— Что случилось?

— Ты разговаривала с ним, да? Я почуял твой запах в темнице. — Его лицо исказилось от злобы.

— Я не понимаю, о чём ты говоришь. — Я натянула одеяло до самого подбородка, словно оно могло защитить меня от ярости Бальтазара.

— Что бы он тебе ни наговорил — всё это ложь! — Бальтазар стремительно направился ко мне.

Когда он сел на кровать, я отодвинулась от него.

— Посмотри на меня! — взревел он.

Я покачала головой.

— Посмотри на меня!

Я снова покачала головой.

Бальтазар сделал несколько долгих глубоких вдохов, а затем положил руку мне на плечо.

— Моя любимая, прости, что напугал тебя. — Он принялся ласкать мою шею и подбородок. — Я так по тебе скучал.

Он повернул меня к себе и начал целовать мои щёки, подбородок, нос и веки, шепча нежные, ласковые слова.

Мне пришлось расслабиться и уступить ему. Он не должен был узнать, что завтра, когда взойдёт полная луна, я собираюсь его покинуть.

Его ловкие пальцы развязали шнуровку на моей ночной рубашке, и он скользнул тёплыми ладонями под ткань.

Я притворилась, что расслабилась и отвечаю на его ласки. Но внутри меня сковывал ужас. Я выкрикнула его имя, изображая оргазм, и впилась ногтями в его спину, как он любил.

Он проспал со мной всю ночь, без сомнения, боясь выпустить меня из виду.

Но следующей ночью я рассекла ладонь кинжалом, прямо в спальне произнесла нужные слова и снова покинула его, молясь, чтобы на этот раз он меня не нашёл.

15 декабря 1783 года

Я оказалась в Америке. Когда я бродила по лесу, меня обнаружила группа мародёров в форме. Они насмехались надо мной и издевались. Они попытались взять меня силой, но я отбилась. Это разозлило их, и они принялись избивать меня, выкрикивая слова, которых я не понимала. Решив, что я мертва, они ускакали на лошадях, бросив меня там гнить.

Избитая и искалеченная, я каким-то образом сумела добраться до ручья и утолить жажду, но меня мучил страшный голод. Какой-то мужчина, ехавший в повозке, нашёл меня, когда я, обессиленная и изголодавшаяся, брела по равнине. Он сжалился надо мной, помог забраться в повозку и отвёз к себе домой.

— Думаешь, это Филип? — спросила я, взглянув на Эмили.

— Вполне возможно. Дата совпадает. Переворачивай страницу.

Перевернув страницу, я заметила неровный край там, где был вырван лист.

— О нет! Здесь не хватает страницы!

Я принялась листать дневник, надеясь отыскать пропавшую запись, но её нигде не было.

— Здесь наверняка было что-то важное. — Я постучала пальцем по дневнику. — Нужно спросить Малика. Может, он знает, где эта страница.

Я уже начала вставать, но Эмили положила руку мне на предплечье.

— Давай сначала дочитаем.

5 июня 1784 года

Я уже довольно долго живу с Филипом. Бальтазар пока меня не нашёл. Полагаю, это лишь вопрос времени, но я позволяю себе погрузиться в ложное ощущение безопасности. Просто жить обычной жизнью — какое же это блаженство!