Я дёрнул себя за прядь волос. Не мог поверить, что всё это происходит. Мне нужно было найти Эмили.

Я поспешил обойти дом, вытягивая шею и пытаясь разглядеть что-нибудь на втором этаже.

Одно из окон светилось золотистым светом, и перед ним взад-вперёд ходил высокий мужчина, предположительно Малик, держа на руках ребёнка. Он повернул голову в мою сторону, и я нырнул в тень большого дерева.

Значит, это не её спальня. Где же тогда она спит?

Я обошёл дом и с задней стороны обнаружил две комнаты с балконами, под выступали прочные слуховые окна.

Если хорошенько разбежаться, я смогу ухватиться за одно из них. Я отошёл подальше, прикинул высоту, на которую предстояло прыгнуть, и рванул к дому. Мне удалось достаточно сильно оттолкнуться, чтобы долететь до слухового окна и ухватиться за его верхний край.

Я повис, пытаясь отдышаться. Затем подтянул ноги, забрался на крышу выступа и задумался, что делать дальше.

Балкон находился на несколько футов выше по стене. Отсюда я не мог ни разбежаться, ни прыгнуть, ни ухватиться за перила — вообще нихуя не мог.

Я продолжал смотреть на балкон. Может, всё-таки удастся подпрыгнуть и ухватиться за железные прутья. Я посмотрел вниз. Если промахнусь, падение будет жёстким и, скорее всего, закончится моей смертью. Но другого выхода не было.

Я присел и прыгнул, но соскользнул вниз по стене, едва успев ухватиться за крышу слухового окна.

— Блядь. Чуть не навернулся.

Я поднял голову, снова прикидывая расстояние. На этот раз, прыгнув, я сумел зацепиться пальцами за один из прутьев. Подтянул вторую руку и вцепился в оба железных прута. Затем начал раскачиваться вперёд-назад, набирая достаточно инерции, чтобы забросить ноги на балкон и ухватиться за верхнюю перекладину. Я перетащил дрожащие ноги через перила и шумно выдохнул, наконец оказавшись на балконе. Мне понадобилось несколько минут, чтобы отдышаться. Тот, кто находился в этой комнате, наверняка слышал весь грохот снаружи.

Я потянулся к латунной дверной ручке и повернул её. Когда дверь поддалась, меня затопило облегчением. Я прокрался внутрь и увидел моего прекрасного ангела — Эмили, спящую в постели.

Я опустился на край кровати и погладил её шелковистые волосы, спутанными прядями лежавшие вокруг лица.

О, моя прекрасная жена. Как же я по тебе скучал. Как мне теперь искупить перед тобой вину после того, как мне пришлось обращаться с тобой при нашей последней встрече?

Я покачал головой, думая о том, что Бальтазар — её отец. Как этот мерзкий демон вообще мог породить такое чудо и такую чистоту?

Я забрался в постель к Эмили и стал покрывать её щёки и шею лёгкими, невесомыми поцелуями.

Боже, как же я тебя люблю.

Эмили проснулась, широко распахнув от страха глаза. Она открыла рот, чтобы закричать.

Я зажал ей рот ладонью.

— Тише, тише. Я пришёл всё тебе рассказать.

Она закричала мне в ладонь и принялась извиваться, пытаясь вырваться. Затем укусила меня за ладонь.

Я резко отдёрнул руку.

— Ай!

— Ты чудовище! Ты предал меня и нашего нерождённого ребёнка. Как ты смеешь врываться в мою комнату?!

Я снова зажал ей рот ладонью и оседлал её.

— Ты должна меня выслушать! Всё, что я делал, было ради Малика. Всё это было частью плана.

Белки глаз Эмили ярко блестели, пока она кричала мне в ладонь, отчаянно пытаясь освободиться.

— Если я тебя отпущу, ты должна пообещать, что не будешь кричать. Сможешь?

Она кивнула, насколько могла.

— Я серьёзно. Если закричишь, я снова тебя удержу.

Она опять кивнула.

— Хорошо. Я медленно тебя отпущу, а ты не будешь орать, поняла?

Она закивала.

Я убрал ладонь.

Она влепила мне пощёчину с такой силой, что моя голова отлетела в сторону.

— Ты лжец. Я тебе не верю! Ты разбил мне сердце! — Она разрыдалась.

Я схватил её за оба запястья и прижал руки над головой.

— Ты должна мне поверить, милая. Всё, что я делал, было ради тебя.

Она брыкалась и извивалась подо мной, словно дикая кошка.

— Я тебе не верю! Ты разбил мне сердце. Нашему браку конец.

Её слова обожгли сильнее пощёчины.

— Ты не можешь говорить серьёзно.

— Ещё как могу. И я серьёзно. Ты предал меня, Марселиус! Ты спал с Далией и просто выбросил нашу любовь на помойку.

Крупные слёзы стекали по её вискам в волосы.

Мои глаза тоже наполнились слезами.

— Я никогда не спал с Далией, клянусь. Знаю, ты мне не веришь, но я люблю тебя всем сердцем. Всё, что я делал, было ради тебя.

— Убирайся отсюда! Я больше никогда не хочу видеть твою рожу.

Её губы скривились, и она плюнула в меня.

Небольшая капля слюны попала мне на лицо. Я стёр её предплечьем.