Она пересекает комнату, направляясь ко мне, и я без слов раскрываю объятия как раз вовремя, чтобы она прижалась к моей широкой груди. Натали утыкается в меня в поисках утешения, и я обнимаю ее, удерживая, пока она глубоко дышит.

— Нат? — спрашиваю я через несколько минут, озадаченный ее эмоциями. Она и этот мудак сходили на свидание всего несколько раз, и она говорила мне, что это «ничего серьезного».

Она поднимает голову от моей груди, где бьется сердце, и грустно улыбается.

— Прости, что веду себя как типичная девчонка.

Я разглаживаю морщинки на ее лбу большим пальцем.

— Не извиняйся за это. Тебе больно, это понятно.

Заметив бокал вина, который я оставил для нее на столешнице, Натали хватает его и делает большой глоток.

— Я знаю, моя реакция, наверное, кажется смешной. В смысле, мы с Беном встречались всего пару недель, но просто… — Она сглатывает, и ее голос срывается. — Я устала быть одна, устала постоянно начинать все сначала. Я хочу кого-нибудь встретить. Мне двадцать девять, понимаешь? Я не хочу вечно быть одинокой.

Я улыбаюсь ей и беру ее за руку, слегка сжимая.

— Во-первых, двадцать девять – это еще молодость. У тебя куча времени. А во-вторых, Бен – не тот самый. Ты очень скоро найдешь кого-то лучше и круче.

Она слегка улыбается.

— Обещаешь?

— Я в этом уверен.

Мы с Натали берем свои бокалы, идем в гостиную и садимся на диван. Гладкая загорелая кожа ее голых ног кажется бесконечной, и я заставляю себя вместо этого изучать обложки журналов по интерьеру на журнальном столике.

— Так, ты хочешь пойти куда-нибудь сегодня вечером, чтобы отвлечься и напиться в хлам, как я тогда с Джеком, или…

Она качает головой.

— Я бы лучше осталась дома. У меня сейчас нет настроения быть на людях.

Я киваю.

— Как скажешь. Я принес мороженое. Можем посмотреть старые фильмы…

— Или можем сделать куклу вуду Бена и проткнуть ей пах.

Я посмеиваюсь.

— Или так.

Это вызывает у нее еще одну легкую улыбку.

— Почему у тебя всегда так хорошо получалось ладить с противоположным полом?

Мои брови ползут вверх.

— У меня? Вовсе нет.

Натали закатывает глаза.

— Получалось, и ты это знаешь. У тебя есть одна фишка. — Она неопределенно машет рукой в мою сторону, оценивающе глядя на меня с приоткрытыми губами, словно сосредотачиваясь.

— Фишка? — спрашиваю я с невозмутимым видом.

Она кивает.

— С тобой женщинам комфортно. Ты безопасный. Надежный.

Я что-то бормочу себе под нос. Она ошибается. До середины учебы в колледже у меня ничего не получалось с девушками, но потом, когда я научился поддерживать светскую беседу и флиртовать, у меня началась череда романов на одну ночь. Может, Натали имеет в виду именно это.

— Клянусь, я не всегда умел знакомиться с женщинами.

Она фыркает.

— Ну конечно, Казанова.

Я смеюсь и в шутку толкаю ее в плечо.

— Помнишь на втором курсе, когда я записался на курс по женским исследованиям, чтобы знакомиться с девчонками?

Натали кивает, ее губы растягиваются в улыбке, как будто она помнит это в точности.

— Там был только ты и еще двадцать таких же умников, и один очень сбитый с толку преподаватель.

— Вот именно. Я ужасно знакомлюсь с женщинами, — посмеиваюсь я.

Мы замолкаем на несколько минут, и Натали тихонько потягивает вино.

— А где Джек? — спрашивает она.

— Он сегодня работает. Поэтому будем только мы вдвоем.

Она ерзает на диване, поджимая под себя ноги. Я знаю, что если повернусь к ней лицом, то смогу увидеть ее трусики спереди, а такое зрелище точно не удержит зверя внутри меня. Вот черт. Сердце начинает бешено колотиться, и меня охватывает паника от мысли, что Натали обнаружит, что я сейчас возбужден. Что я за друг после этого? Гребаный извращенец, вот кто я.

Внутренне я пытаюсь телепатически посылать ей сигналы о том, что мне очень нужно, чтобы она надела штаны. Но внешне я стараюсь вести себя нормально, утешать ее и делать вид, что между нами ничего не изменилось.

Пока я щелкаю каналы в поисках фильма, который мы еще не видели, Натали допивает свой бокал, идет на кухню, чтобы налить еще, и возвращается уже с бутылкой.

Мы останавливаемся на какой-то комедии, которая уже началась, и Нат устраивается прямо рядом со мной, прижимаясь к моему боку. Она так вкусно пахнет, а кожа ее голой ноги такая мягкая, что я не могу удержаться и продолжаю свои пытки, кладя руку ей на колено.

Натали выпивает еще один бокал вина, прежде чем я нахожу в себе смелость заговорить снова.

— Хочешь поговорить о Бене? О том, что произошло?

Она качает головой, выливает себе остатки вина, а затем гладит ладонью мою небритую щеку.

— Ты такой хороший друг, Кэм. — Она улыбается мне, ее рука задерживается на моей челюсти. — Такой заботливый. Такой милый. Когда-нибудь ты станешь для какого-нибудь парня очень счастливой девушкой.

Ее брови в замешательстве сходятся на переносице, и я начинаю смеяться.