И тут я резко осекся. Я вдруг понял, что слишком много болтаю. Откуда простому студенту в самом начале девяносто второго знать о грядущем катастрофическом развале системы, массовом исходе кадров и нищете офицеров?

— Короче, — я быстро свернул скользкую тему, — найдем кого-нибудь с опытом. Это дело техники. Тебе вообще как сама идея?

Степан снова замолчал, внимательно следя за заледенелой дорогой.

— Знаешь... — наконец нехотя произнес он. — А над этим и правда можно подумать.

— Думай, — я небрежно пожал плечами, всем своим видом показывая, что никого уговаривать не собираюсь. — Времени на раздумья у тебя... ровно до завтрашнего вечера. Потом я начну искать другого человека.

— А найдешь? — снисходительно усмехнулся Степан, бросив на меня короткий взгляд.

— Незаменимых людей не бывает, Стёп. Вон, хотя бы того же Скворцова твоего переманю, — невозмутимо парировал я. — Чего он нервы на государевой службе попусту треплет?

Степан плавно притормозил, подкатываясь к знакомому крыльцу ДОСААФ, и перевел рычаг передач в нейтраль.

— А у тебя, значит, работа прям совсем без нервов планируется? Сплошной курорт? — саркастично хмыкнул он.

— Почему же? Естественно, с нервами, рисками и головной болью, — я взялся за дверную ручку. — Только у меня за эти вытрепанные нервы будут платиться большие и стабильные деньги. А не картонные грамоты на День милиции выдаваться. Почувствуй, как говорится, разницу.

Таксист на несколько секунд задумался, переваривая мой последний, самый весомый аргумент, а затем коротко кивнул:

— Хорошо. Завтра созвонимся.

Мы пожали друг другу руки на прощание. Я захлопнул тяжелую дверь «Волги» и, запахнув куртку, зашагал к центральным дверям ДОСААФ.

Первое, что сразу бросилось в глаза и принесло огромное облегчение — площадь перед зданием была пуста. Черного оцепления из бойцов ОМОНа как не бывало. Маски-шоу испарились, словно дурной утренний сон. Внутри, в гулком и пропахшем порохом холле, незваных гостей из милиции тоже уже не наблюдалось.

Едва я переступил порог, как навстречу мне поднял тяжелый взгляд наш бессменный «страж».

— Тебя Зимов искал, — буркнул вахтер, на секунду отрываясь от своей вечной газеты.

— Ну еще бы, — хмыкнул я, на ходу расстегивая куртку. — Я же самый незаменимый человек в этом здании.

Вроде бы я просто бросил на ходу дежурную шутку, но, поднимаясь по гулким бетонным ступеням на генеральский этаж, вдруг отчетливо, до мурашек, осознал: а ведь так оно и есть! Это не было глупой мальчишеской бравадой или пустой короной на голове. Это был сухой факт.

За какие-то пару часов я в одиночку, без шума и пыли, отбил полномасштабный милицейский наезд. В груди начало разгораться горячее чувство — уверенность в собственных силах. Я больше не был просто бывшим студентом, который отчаянно барахтается в мутной воде девяносто второго года, пытаясь выжить. Я начал превращаться в игрока, который сам расставляет фигуры на доске.

Глава 9

Зимов задумчиво пускал сизые кольца в потолок.

— Проходи, присаживайся, — кивнул он, едва я переступил порог.

Я молча прошел к столу и опустился на стул. Некоторое время мы просто смотрели друг на друга.

— Ну, — наконец прервал тишину генерал. — Что скажешь?

— А что мне говорить? — я пожал плечами. — Меня здесь вообще не было. Как, кстати, обыск прошел?

— Да по большому счету — никак, — Зимов хмыкнул, стряхивая пепел в массивную пепельницу. — Пришли с новым, уже правильно оформленным постановлением. Поковырялись в оружейке, сверили номера, бумажки почитали и... уехали несолоно хлебавши. Ты лихо с них спесь сбил, Маньков. У капитана лицо было такое, будто он лимон целиком сожрал.

— Так вы всё еще думаете, засланный я или нет?

— Засланный казачок через кордон ОМОНа два неучтенных «Марголина» в собственных карманах бы не попер, — генерал позволил себе скупую улыбку. — Отлично сработано. Поздравляю.

— И как... теперь всё будет? — осторожно поинтересовался я, прощупывая почву.

— Я же тебя на работу взял. Забыл, что ли?

— И я так и продолжаю... на вас работать?

Зимов тяжело вздохнул, затушил окурок и, подавшись вперед, протянул мне через стол свою широкую ладонь.

— Добро пожаловать... опять!

Я ответил на крепкое рукопожатие.

— Мы, конечно, немного не с того начали, но... — попытался я сгладить острые углы.

— Давай не будем эту кашу снова размазывать по тарелке, — жестко перебил генерал. — Ты обманул, я погорячился... Было и прошло. Но запомни одно: не смей мне больше лгать. Хорошо? Никогда! Всегда говори, как есть, какой бы паршивой ни была правда. Договорились?

— Хорошо, — я легко согласился, понимая, что кредит доверия восстановлен. — Тогда сразу говорю, как есть: маски-шоу нам сегодня устроил Евгений. Который Владимирович.

— Откуда информация?! — Зимов мгновенно подобрался, и в его глазах снова блеснул металл.