— Зато там всё в пять раз дешевле! И выбор нормальных вещей в сто раз больше, чем в твоем пафосном ЦУМе! — отрезала Аленка.

Аленка была абсолютно права. Финансовые запасы у нас были, конечно, неплохие для старта, но швыряться ими ради сомнительных понтов и фальшивых итальянских бирок я не собирался. Бизнес требует оптимизации расходов.

— Решено. Едем на рынок, — поставил я точку в споре.

Я выдвинул ящик стола, вытащил пухлую пачку купюр, отсчитал нужную сумму на корпоративный шопинг и потянулся к телефонному аппарату. Быстро покрутил диск, набирая уже выученный наизусть номер.

— Алло! — раздался в трубке хрипловатый голос таксиста.

— Свободен? — коротко спросил я.

Степан выдержал многозначительную паузу и мрачно ответил:

— Оружие больше не повезу. Сразу говорю.

— Да и не надо, — я усмехнулся. — Шмотки возить будем! Много шмоток.

— Ты там что, теперь еще и в фарцовщики подался? — уточнил бывший опер.

— Четко следую изменчивым реалиям рынка, Степа, — философски ответил я. — Там, где выгодно — там и я. Так что, повезешь или как?

Степан вздохнул в трубку, видимо, смирившись с тем, что спокойной жизни со мной ему не видать.

— Ладно, коммерсант. Жди. Через двадцать минут буду у крыльца.

***

«Волга» Степана припарковалась у обочины неподалеку от стихийного входа на рынок. Таксист заглушил мотор, неторопливо достал сигарету и всем своим видом показал, что внутрь он с нами не пойдет.

— Я здесь подожду, — буркнул он, щелкнув зажигалкой. — Вы уж давайте там по-быстрому.

Мы вывалились из теплого салона прямиком в морозную реальность рынка образца девяносто второго года.

Комфорт здесь отсутствовал как класс, уступая место первобытной жажде купли-продажи. Несмотря на разгар рабочего дня, народу на площади было столько, что яблоку негде упасть — сплошное гудящее броуновское движение озабоченных выживанием людей. Под ногами хлюпало отвратительное скользкое месиво из подтаявшего снега и непролазной грязи, так что смотреть приходилось в оба, чтобы не вляпаться в лужу.

Атмосфера царила непередаваемая. Со всех сторон несло дешевым табаком и жареным маслом. Между рядами, ловко маневрируя своими громоздкими сумками на колесиках, шныряли укутанные в десять одежек бабки.

— Чай! Горячий чай! — надрывно и пронзительно кричали они. — Пирожки! С картошкой, с капустой! Кому горячие пирожки?!

С витринами тут тоже никто не заморачивался. Торговля шла в спартанских условиях, и товар раскладывали кто во что горазд. У кого-то дефицитные джинсы, спортивные костюмы и свитера «Бойс» лежали прямо на промерзлой земле, на расстеленных картонках от коробок. Продавцы побогаче и поопытнее выставляли свой скарб на шатких раскладных столиках или кусках фанеры, водруженных на перевернутые ящики.

И всё же, посреди всего этого хаотичного и грязного выживания вдруг мелькало что-то искренне светлое и позитивное. Навстречу нам, виртуозно лавируя в толпе, неспешно шел колоритный мужик-коробейник, с ног до головы обвешанный гроздьями расписных глиняных свистулек. Он то и дело подносил одну из них к губам и выводил такие невероятно заливистые трели, будто в эту рыночную грязь вдруг залетел настоящий соловей. Это было настолько неожиданно и здорово, что я невольно заулыбался, на секунду забыв про ОМОН и все остальные проблемы.

Аленка, оказавшись в своей стихии, мгновенно преобразилась. Из офисной девчонки она в секунду превратилась в собранного и целеустремленного полководца. Она по-хозяйски окинула взглядом этот бушующий торговый океан, безошибочно определила нужный азимут и звонко скомандовала:

— Так, не зевать! Бумажники возьмите в руки! Нам нужен третий ряд! Пойдемте!

Она решительно нырнула в толпу, уверенно прокладывая себе дорогу, а мы с Толиком и Серегой, переглянувшись, покорно потянулись гуськом за ней в самый эпицентр этих базарных джунглей.

Глава 10

Аленка уверенно привела нас к «своей» точке — просторной палатке, где на стойках из труб были аккуратно развешаны на плечиках вполне приличные вещи. Хозяйкой оказалась дородная, укутанная в пуховый платок поверх дутой куртки тетка с красным от мороза, но очень добродушным лицом.

— Тетя Валя, принимай оптовиков! — звонко отрапортовала Аленка. — Нам парней одеть надо. Строго, солидно, для бизнеса.

Тетя Валя цепким взглядом окинула нашу троицу, безошибочно вычислила во мне того, кто будет платить, и засуетилась.

Мы реально брали оптом. На Серегу как влитой сел серый костюм-тройка. Я же нашел себе классику на все времена — однобортный темно-синий костюм. Аленка тоже присмотрела себе строгую, но изящную юбку-карандаш и приталенный жакет.

— Сорочки у меня не берите, — сказала нам тетя Валя, упаковывая вещи в огромный клетчатый баул. — Они у меня китайские, после первой стирки воротники винтом пойдут. Вон туда, в пятый ряд пройдете, там у Раисы польские рубашки, чистый хлопок. Скажете, что от меня.

— Понял, спасибо, — кивнул я.