– Я даю вам слово. – Он кладёт руку на грудь – искренний жест, который я нахожу странно очаровательным. – Вы принесли тот брачный договор?

Я запускаю руку в сумочку и достаю сложенную пачку бумаг. Хотя я не уверена, что с ней делать, так как на его столе абсолютно нет места, чтобы положить её. К счастью, он протягивает руку за ней.

Он поправляет очки на переносице и пролистывает бумаги.

– Вы показывали это адвокату перед тем, как подписать?

Я опускаю голову: – Нет. Извините. Я просто… я доверяла ему.

– О нет, не извиняйтесь. – Он переворачивает ещё одну страницу документа. – Вы не первая и не последняя. Все думают, что их брак продлится вечно, поэтому они подписывают всё, что им подсовывают.

Это именно то, о чем я думала. Я никогда не думала, что буду в кабинете адвоката, изучая брачный договор. Я никогда не думала, что увижу его снова после подписания.

Он задерживается на одной из страниц, его губы изгибаются.

– В любом случае, если бы вы наняли адвоката, он сказал бы вам не подписывать это, потому что это бардак. Очевидно, он принудил вас подписать это. Он действительно думал, что это устоит в суде при разводе? Он, должно быть, был не в своём уме.

Я краснею.

– Он не принуждал меня ни к чему.

– Наоми. – Он кладёт брачный договор на клавиатуру своего компьютера, поскольку это единственное свободное место во всём офисе. Он складывает руки перед собой, и я не могу не заметить, что на его левой руке нет обручального кольца. – Слушайте, я хочу помочь вам, но я чувствую некоторое… колебание. В чём дело?

Искреннее выражение его лица заставляет меня чувствовать себя достаточно комфортно, чтобы открыться ему. В конце концов, этот парень – мой адвокат. Возможно, единственный оставшийся в городе.

– Мой муж изменяет мне с другой женщиной.

– Мне жаль. Это отстой. – Он говорит так, будто действительно так считает. – Но, к сожалению, это нам мало помогает. В Нью–Йорке развод по взаимному согласию.

– Но я просто… я не думаю, что она действительно любит его. Она использует его. – Я сжимаю руки вместе у себя на коленях. – Я не думаю, что он действительно хочет развода.

– Он вручил вам документы о разводе. Прилюдно.

– Да, но он просто вроде как… под её чарами. У нас с ним есть общий ребёнок. Он любит меня, и я люблю его.

Его глаза смягчаются, когда он откидывается на спинку стула.

– Слушайте, я понимаю. Никто не хочет, чтобы их брак заканчивался, особенно если у вас есть общий ребёнок. Но именно потому, что у вас есть ребёнок, вам нужно защищать себя. Вам нужны деньги, чтобы вы могли обеспечить хороший дом для вас двоих. И вы хотите убедиться, что соглашение об опеке будет благоприятным для вас. Если вы придёте туда неподготовленной, он вас растопчет. Поверьте мне, я имел дело с большим количеством людей, похожих на вашего мужа.

То, что он говорит, имеет смысл. Мне ненавистно это признавать, но он прав.

– Итак, – говорит он, – мы будем двигаться вперёд?

Я не хочу продолжать этот развод, но у меня нет выбора. Если Джереми этого хочет, я не могу этого избежать.

– Да. Давайте двигаться вперёд.

– Отлично! А теперь приступим к работе.

Он ставит точку в этом заявлении, хлопнув ладонью по поверхности своего стола. Стопка бумаг опрокидывается и разлетается повсюду.

Глава 19

Глава 19

Когда в субботу я приезжаю в свой старый дом, чтобы забрать Тедди и провести с ним день, Джереми выглядит разъярённым.

– Наоми. – Его голос напряжённый и злой, когда он открывает дверь, чтобы впустить меня внутрь. На нём один из его дорогих деловых костюмов, потому что мой муж буквально никогда не перестаёт работать, и, в отличие от моего адвоката, его галстук затянут в идеальный виндзорский узел. Он выглядит мучительно красивым. – Ты должна была быть здесь больше часа назад!

Я смотрю на свои часы, на которых десять часов утра.

– Ты сказал в десять.

– Серьёзно? Я сказал в девять!

Я прохожу в гостиную и замечаю Тедди, сидящего на угловом диване в лёгкой куртке, с рюкзаком уже на спине. Мысль о том, что он ждал меня в таком виде последний час, задевает меня за живое.

– Ты определённо сказал в десять, – повторяю я.

– Я определённо сказал в девять. – Он хмурится на меня. – Почему я вообще удивлён? Ты делаешь это каждый раз. Каждый раз. Я забыл, что мы имеем дело со временем Наоми.

Я закусываю нижнюю губу. Он сказал мне прийти в десять часов. Я уверена в этом. Но, конечно, у меня нет никакой записи того, что он сказал. Мы обсуждали это лишь мельком, когда он забирал Тедди из квартиры прошлой ночью. В последнее время наши разговоры всегда предельно кратки.

– Почему ты не написал мне, когда я опоздала? – спрашиваю я.

– Я написал.