Я пошел на этот резкий звук в гардеробную и увидел старшего портного, раскладывающего смокинг моего брата на кушетке. Он разглаживал воротник и нагрудные карманы точно так же, как делал это вчера.

— Неужели вам правда необходимо продолжать это делать? — спросил я. — Вы занимаетесь одним и тем же третий день подряд.

— Будь это любая другая свадьба — возможно, — он улыбнулся. — Но это свадьба Кэти Элизабет, сэр.

— Нет, это свадьба Криса и Мишель Брукс, — поправил я. — Именно они женятся, и уверяю вас, они не заметят, насколько идеально вы отпарили лацканы.

— Когда в деле мисс Элизабет, ожидания взлетают до небес. — Он проигнорировал мой комментарий, продолжая разглаживать ткань. — Здесь нет незначительных деталей, совершенство требуется во всем.

— Значит, вы работали с ней раньше?

— Двадцать восемь раз, и это не предел. — Он улыбнулся. — Она рекомендует меня только тем клиентам, которые могут позволить себе личного портного на выезде. Каждая такая свадьба для меня — событие.

— Потому что вам платят бешеные деньги за то, чтобы вы ковырялись в уже готовых костюмах?

— Нет. — Он поднял галстук и посмотрел на него на свет. — Потому что мне нравится быть частью истории любви, даже если мне отведено в ней всего пара строк.

Еще одна заблудшая душа из отдела «безнадежно влюбленных и помешанных»…

— Простите, что побеспокоил вас. — Я направился к двери. — Уверен, ваш двадцать девятый раз с Кэти будет таким же идеальным, как и остальные.

— Жаль, что мисс Элизабет тратит больше времени на чужие истории любви, чем на свою собственную, — произнес он, когда я уже взялся за дверную ручку. — Вам так не кажется?

— Нет. Так бывает, когда ты перфекционист и проводишь большую часть времени в мире фантазий, а не в реальности, — ответил я. — Меня это ничуть не удивляет.

— О? — Он отложил пару запонок и выпрямился. — Вы правда так думаете?

— У меня нет причин лгать человеку, которого я только что встретил.

— Тогда вы лжете самому себе. — Выражение его лица сменилось с вежливого на обвиняющее, и комната внезапно показалась мне в десять раз меньше.

Эти слова ударили по мне сильнее, чем должны были.

Портной прищурился, и в его взгляде промелькнула искра узнавания.

— Мы встречались раньше? — спросил я.

— Напрямую — нет. — Он замолчал. — Но даже если бы вы не были шафером на этой свадьбе, я бы узнал ваше лицо из тысячи. Его трудно забыть.

— Я не по парням, без обид.

Он закатил глаза.

— Я не это имел в виду, мистер Брукс.

— Тогда откуда вы меня знаете?

— Не по своей воле, но я вам покажу.

Пока он шел через комнату, я мысленно пролистывал картотеку своих клиентов. Я не мог вспомнить его ни среди родственников, ни среди близких друзей заказчиков.

Он запустил руку в нагрудный карман и вытащил один из тех кожаных блокнотов Кэти «с защитой от Ашера».

— А, — я пожал плечами. — Логично, что у вас есть такой.

— Вы ни разу не испортили мероприятие, в котором я участвовал, — сказал он. — Пока что.

— У меня впереди еще парочка, так что всё может измениться.

Его губы тронула улыбка, которая тут же исчезла.

— Я никогда не открывал заметки, которые она хранила внутри этой штуки, до момента полтора года назад. — Он протянул блокнот мне. — И тогда я понял, почему ей так трудно начать историю любви с кем-то другим.

— Потому что она крайне незрелая, эмоционально нестабильная и почти сумасшедшая.

— Сумасшедше зациклена на вас, — парировал он. — Хотя я не уверен, что это хорошо.

— Она раздает такие блокноты всему персоналу, — сказал я. — Это никак не связано с её неспособностью строить отношения.

— Вот только она, должно быть, отдала мне свою версию по ошибке. Потому что там есть записи, которые я явно не должен был читать. — Он посмотрел мне прямо в глаза. — Думаю, вам стоит их прочесть.

— Учитывая, что она меня игнорирует, меня не интересует ничего, что связано с Кэти Элизабет, после этого воскресенья.

— Прочтите эти чертовы записи. — Он прищурился. — А если после этого вы ничего не предпримете, то держитесь от неё подальше после свадьбы. Чтобы я и другие подрядчики могли наконец познакомить её с кем-то, кого она заслуживает…

— Что, простите?

— Теперь можете идти. — Он жестом указал на дверь. — Мне нужно сосредоточиться на совершенстве.

Отвернувшись от меня, он вернулся к кушетке и взял измерительную ленту. Как бы мне ни хотелось огрызнуться, я сдержался и вышел. Вес блокнота в руке казался тяжелее, чем должен был быть. Я пошел длинным путем через весь курорт, надеясь мельком увидеть Кэти, но видел только рабочих, заканчивающих последние приготовления к свадьбе.

К тому моменту, как я вернулся в свой люкс, Кэти так и не ответила. И по какой-то странной причине в груди заныло от мысли, что она больше никогда со мной не заговорит.

Нет, эта боль, скорее всего, из-за того, что я съел что-то не то…