Келси: Ой. Ну, значит, она.

Ашер: И это всё, что ты можешь сказать в свое оправдание?

Келси: Пожалуйста, только не увольняй меня! Я всё еще осваиваю навыки тщательного сбора информации.

Ашер: Искушение велико. Погуглить не так уж и сложно.

— К сожалению, Натали в последний момент передумала выходить замуж. — Голос Кэти звучал искренне расстроенным. — Она не знала, как сказать тебе об этом лично. И я знаю, что мои слова мало что значат, но мне правда жаль, что всё так вышло.

— Натали отменяет свадьбу? — Он невольно улыбнулся, но тут же опустил взгляд. — То есть… она назвала причину?

— Да, но я думаю, тебе лучше услышать это от неё, — сказала она. — Произошло кое-что неожиданное и очень… эмоциональное.

— Понимаю. — Он кивнул. — Что ж, хм, спасибо. Я пойду поговорю с ней.

Он взглянул на меня и одними губами произнес «Спасибо», прежде чем выйти вслед за ней в коридор.

Дверь закрылась, и Кэти меня не заметила. Я выдохнул.

Решил подождать пятнадцать минут, прежде чем…

— Я заберу ваш бумажник, мистер Риз, — раздался голос Кэти, когда дверь снова открылась.

Её глаза расширились, когда она заметила меня в отражении зеркал.

— Мне следовало догадаться, что здесь что-то не так. — Она стиснула зубы. — У сегодняшнего дня с самого утра был знакомый привкус «катастрофы имени Ашера Брукса».

— Мы можем пропустить ту часть, где мы оскорбляем друг друга, и сразу перейти к моменту, когда мы разойдемся в разные стороны? — спросил я.

— Нет. — Она прищурилась. — Не хочешь рассказать, как тебе удалось провернуть это в этот раз?

— Разве я хоть раз раскрывал тебе свои карты?

— Еще вчера и сегодня утром она была готова на все сто процентов.

— Эмоции — как погода, Кэти, — заметил я. — Они способны меняться неожиданно.

— И внезапно она заглядывает в его банковские выписки и видит, сколько долгов он якобы от неё скрывал? Что он на самом деле не владеет домом, в котором они собирались жить, и задолжал за аренду за шесть месяцев… Как именно она получила эту информацию в день своей свадьбы?

— Правильный вопрос — почему у неё не было этой информации раньше…

— Значит, жених тебе заплатил за это?

— Мисс Элизабет, — я взглянул на часы, — как бы мне ни хотелось стоять здесь и препираться с тобой, мне нужно быть в другом месте. Так что можешь разговаривать со стенами сколько угодно.

Я подошел к двери и открыл её, но она подскочила и встала передо мной, преграждая путь.

— Ты выслушаешь меня до конца, Ашер.

— Под словом «до конца» ты имеешь в виду, что мне больше не придется выслушивать ни слова от тебя, если мы снова столкнемся?

— Кто тебя обидел? — Она выпятила грудь. — Кто так сильно разрушил твою веру в любовь, что тебе приходится вымещать свою боль на других людях?

Я оставил её вопрос без ответа.

— К этому моменту ты наверняка заработал достаточно денег на этом гнусном поприще.

Даже близко нет…

— И, — продолжала она, — тебе пора завязывать, пока я не нашла способ причинить тебе боль.

— Прости, что?

— Я подняла твои публичные записи, и они выглядят совсем некрасиво.

Я выгнул бровь.

— Два банкротства с разницей ровно в семь лет, — перечислила она. — Три машины, конфискованные за неуплату, и целая вереница расторгнутых договоров аренды квартир, которые ты бросил. Каково это, когда кто-то выкапывает такое и швыряет тебе в лицо?

— Отлично. — Я стиснул зубы. — Может, этот «кто-то» поймет, почему я не собираюсь бросать свое дело.

— Нет, этот «кто-то» намерен, черт возьми, уничтожить тебя, если она или кто-то из её сотрудников увидит тебя в радиусе пятисот футов от любого мероприятия с этого момента.

— Ну, раз уж ты хочешь поиграть в детектива, может, теперь моя очередь?

— Нет. — Она покачала головой. — Мне пора уходить.

— Твоя левая рука до сих пор, блядь, пустая, потому что твой никчемный парень так тебя и не окольцевал. — Я с силой хлопнул ладонью по двери, не давая ей выйти. — Ты работаешь по восемьдесят-сто часов в неделю не потому, что любишь свадьбы, а потому, что у тебя нет жизни за их пределами.

— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.

— Ты каждую неделю покупаешь новые любовные романы, чтобы влюбляться в незнакомцев, и ложишься в постель, лаская себя под мысли о гребаных вымышленных персонажах… — Я сделал паузу, заметив, как покраснели её щеки. — Разве это не правда?

— Ничто из того, что ты сказал — не правда. — Но взгляд её глаз говорил об обратном. — Но приятно знать, что ты тратишь время на придумывание оскорблений. Очевидно, ты думаешь обо мне гораздо чаще, чем я о тебе когда-либо думала.

— Говорит женщина, которая перерыла все мои архивы, — парировал я. — Жаль, что твои сексуальные подвиги не задокументированы… Хотя, я уверен, там только призраки.

— Пошел ты, Ашер.