— Ну, в том-то и дело. — Он наклонился ближе. — Я хочу жениться, но не на своей невесте.

Я выгнул бровь.

— То есть, я люблю её — правда люблю, но я в неё не влюблен. — Он сделал паузу. — Женщина, которой я принадлежу на самом деле — это её сестра.

— Простите, что?

— Мы начали проводить больше времени вместе в прошлом году, а потом как-то вечером, когда мы поехали за продуктами для вечеринки с тако и начос, мы попали под дождь с полными пакетами… и всё случилось прямо там, на заднем сиденье.

— Вас заставили изменить лепешки для тортильи?

— Мы так хорошо ладим, у нас связь на гораздо более глубоком уровне, — он проигнорировал мой сарказм. — Кажется, будто она создана для меня. Жаль, что я не встретил её раньше, чем её сестру, понимаете?

Я промолчал.

— В конце года ей исполняется восемнадцать, и я просто хочу быть уверен, что смогу дать ей всё, что она хочет и в чем нуждается, как только она достигнет этого рубежа.

— Вы спали с семнадцатилетней? — Я потерял всякое желание быть вежливым. — Я правильно вас услышал?

— В нашем штате семнадцать лет — это абсолютно законно, мистер Брукс, не волнуйтесь.

Тебе тридцать восемь, скоро тридцать девять…

— Я знаю, что моя невеста этого не поймет, и сомневаюсь, что наши друзья и близкие тоже оценят, поэтому я надеялся, что вы состряпаете что-нибудь такое, чтобы я не выглядел плохим парнем, — сказал он. — А потом, когда через полгода всё утихнет, мы с её сестрой сможем открыться, и всё будет хорошо.

— Вы искренне считаете, что шести месяцев будет достаточно?

— Да. — Он кивнул. — По месяцу за каждый год, что мы были вместе.

Я одарил его пустым взглядом.

— Думаете, стоит подождать восемь месяцев? — спросил он. — Только не говорите, что, по-вашему, нужно больше времени.

Я, черт возьми, лишился дара речи.

— Мистер Брукс? — Он помахал рукой перед моим лицом. — Вы в порядке?

— Нет… — Я достал бумажник и положил пару купюр на стол. — Совсем не в порядке. Этого хватит, чтобы оплатить вашу стопку и всё остальное, что вы решите заказать сегодня вечером.

— Вы уходите?

— Да.

— Но разве вы не хотите получить мой депозит в десять тысяч долларов прямо сейчас? — спросил он. — Когда именно я получу от вас новости?

— Никогда. — Я поднялся на ноги. — Помощь вам идет вразрез с моими правилами. Мне жаль.

— Какими правилами? — Он усмехнулся. — Бенни тоже не был святым.

— Доброй ночи, мистер Катлер.

Я развернулся, чтобы уйти, но он схватил меня за локоть.

— У меня есть деньги, — сказал он. — Я могу заплатить всё авансом, если нужно.

— Мне не нужны твои деньги. — Я вырвал руку и яростно посмотрел на него. — Но позволь мне дать тебе совет бесплатно…

— Иди домой и скажи своей невесте, что ты не можешь оставаться трезвым дольше месяца и не можешь хранить ей верность всю жизнь, — отрезал я. — А потом позвони её сестре, чертовой несовершеннолетней и скажи то же самое. Потому что если ты не можешь быть верным той, кому сделал предложение, ты тем более не сможешь быть верным той, перед кем у тебя нет никаких обязательств.

— О, неужели? — Он шумно втянул воздух. — Теперь ты у нас мистер Мораль?

Я ушел, не оборачиваясь.

Я не мог вынести ни секунды больше рядом с ним.

Как только я оказался на улице, я наконец выдохнул. Парковщик отдал мне ключи, и я сел за руль. Келси уже ждала внутри, глядя прямо перед собой.

— Ну? — спросила она, не шевелясь. — Мы работаем с этим клиентом?

— Нет. — Я завел двигатель. — Но прежде чем мы сожжем его досье, мне нужно, чтобы ты кое-что сделала.

— Слушаю.

— Позвони в полицию и сообщи о его сексуальной связи с несовершеннолетней.

Она тут же коснулась экрана телефона.

— Мне стоит найти способ сообщить его невесте, что свадьба отменяется?

— Твой звонок в полицию сделает это за нас, — ответил я.

Она кивнула и занялась делом, пока я вел машину.

Когда она закончила разговор, в машине как будто стало легче дышать. Она посмотрела на меня.

— Вот эту твою сторону я бы хотела показать мисс Элизабет, — улыбнулась она. — А ты разве нет?

— Мне никогда не было дела до того, что думает мисс Элизабет. — Я закатил глаза. — Зачем ты вообще её вспоминаешь?

— Просто решила сделать это раньше, чем ты заговоришь о ней сам.

— Я почти никогда о ней не говорю, Келси.

— О, ну конечно.

— Я серьезно. Она не существует в моей жизни до тех пор, пока я не сталкиваюсь с ней на свадьбе, и ты это знаешь.

— Угу, ага, — протянула она с каменным лицом. — Вот именно.

— Скажи, что веришь мне, или я высажу тебя на следующем углу.

Она скрестила руки на груди и откинулась на спинку сиденья.

Слова, которых я требовал, так и не сорвались с её губ, но я не видел смысла ловить её на блефе.