Даже не заметил, как самолет приземлился, и служащие открывают дверь салона. Я поднимаю взгляд как раз в тот момент, когда вижу, как пьяный коротышка первым выскакивает из самолета, из-за чего скрежещу зубами. С удовольствием еще разок с ним пообщался бы, как только мы выйдем из самолета.

Я встаю, Фрост пихает сумку мне в грудь, и выходит из самолета без меня. Хочу пойти за ним, но вижу, что Пампкин отвернулась и собирет свои вещи.

— У тебя есть сумка? — спрашиваю ее я, и она кивает, вставая.

— Да, но я сдавала багаж.

— Я пойду с тобой, — говорю я, и это не просьба.

Не понимаю, почему она не смотрит на меня, когда мы выходим из самолета и идем через вестибюль аэропорта. Мне нужно заставить ее улыбнуться и разговаривать со мной так, как это было перед посадкой. До того, как мы чуть не поцеловались.

— Дай мне свой телефон. — Я вижу у выхода Фроста, смотрящего на часы. — Мне нужно идти, но я хочу позвонить тебе.

— Эм, окей. — Она останавливается у ленты багажа, и достает из сумочки телефон.

Я сначала звоню с него себе, а затем сохраняю контакт.

— Я позвоню тебе вечером.

— Послушай, все в порядке.

— Что в порядке? — Я в замешательстве хмурю брови. — Мне не нравится твой тон.

— Я имею в виду, я ценю, что ты убрал этого придурка и поговорил со мной во время полета. Было приятно просто… не знаю… поговорить с кем-нибудь.

— Мне тоже понравился наш разговор. — От моего резкого заявления уголок ее губ приподнимается, и мне это нравится.

— Ты мне ничего не должен. Это все, что я пытаюсь сказать.

Я подхожу к ней ближе и беру за руку.

— Ты ничего не должна мне за то, что я спас тебя. — Она сглатывает, глядя на меня, пока я протягиваю ей ее телефон. — Я позвоню вечером.

Пампкин озабоченно прикусывает нижнюю губу, как делала в самолете.

— Хорошо, думаю, мы поговорим позже.

Наклонившись, я прижимаюсь щекой к ее, чуть касаясь губами уха.

— До тех пор я буду думать о тебе, Пампкин.

Вдыхаю аромат лаванды, прежде чем заставляю себя сделать шаг назад и уйти. Я несколько раз оглядываюсь на нее, когда мы выходим, и все это время она стоит, прижав руку к щеке.

— Ты дурак, — ругает меня Фрост, когда мы встречаем водителя у обочины.

— Da, — соглашаюсь я, хватая его за руку и не давая забраться внутрь.

— Что ты делаешь? — Он смотрит на меня как на сумасшедшего, когда я подхожу к водителю.

— Видишь ту девушку вон там, с темными волосами? — Я указываю на Пампкин, которая стоит спиной к нам, и мой водитель кивает. — Отвези ее, куда она скажет. Ее зовут Пампкин. Это приказ.

— Будет сделано. — Он склоняет голову и идет в аэропорт, чтобы поговорить с ней.

— Миллер, мы опаздываем, — ругается Фрост, когда я протягиваю руку и машу, подзывая такси.

Когда одно подъезжает к обочине, я открываю перед братом дверь и выжидающе жду. Через мгновение он закатывает глаза и садится на заднее сиденье, а я — следом. Предполагалось, что мы прилетим более ранним рейсом, но я не подумал об этом раньше. Я забыл о нашей встрече с инвесторами, забыл о том, что опоздал на наш рейс ранее в тот же день, забыл обо всем, когда увидел ее.

Было ли это судьбой, что я оказался с ней в одном самолете? Может быть. Собираюсь ли я сделать все, что в моих силах, чтобы она стала моей? Определенно.

Глава 5

Пампкин

С каждым шагом, который я делаю, удаляясь от Миллера, в животе нарастает неприятное чувство. Я знаю, что у меня есть его номер, но что из этого выйдет? Мы флиртовали большую часть полета, но он, возможно, думал, что все это было ради забавы. Когда самолет приземлился, он, наверное, почувствовал себя обязанным сообщить мне свою информацию, и, кто знает, этот номер даже может быть ненастоящим.

Мы живем в разных частях света и занимаемся разными вещами. Трудно представить, как такое вообще может сработать. Я не думаю, что разумно позволять себе представлять хоть что-то.

Если я позвоню ему, а номер окажется ненастоящим, это будет ужасно. Но если я позвоню, а он ответит, это сделает меня прилипчивой дурой, которая не может прожить и двух секунд, не узнав, о чем он думает. Так что я поступлю разумно и подожду. Даже если это убьет меня.

— Мисс Уильямс? — Мужчина в черном костюме окликает меня, и я оборачиваюсь, чтобы посмотреть, не обращается ли он к кому-нибудь еще. Уильямс — распространенная фамилия, но потом я слышу, как он произносит «Пампкин», и понимаю, что он наверняка обращается ко мне.

— Это я, но я не заказывала машину. — Чувствую себя сучкой, потому что просто предположила, что он водитель. — Простите, я не знаю, зачем я это сказала. Вам что-то нужно? — Он издает теплый смешок, от которого появляются морщинки вокруг его глаз.

— Я ваш водитель.

— О. Но…

— Эм, мне уже заплатили, так что поездка будет бесплатной. — На этот раз смеюсь я.

— Вы верно подметили, мистер… — я протягиваю руку.