Финансовый итог дня: из ста восьмидесяти тысяч потрачено сто. Осталось восемьдесят, которые стоило отложить на выкуп товаров у клиентов.

Грузовой экипаж я нанял прямо у особняка. Возчик, молчаливый бородач в фартуке, помог загрузить ящики и не задал ни одного вопроса.

Я сидел рядом с возчиком и улыбался.

Из-за пожара я потерял, будем честны, триста тысяч. А котелок из-за меня — четыреста с гаком. Плюс пятьдесят тысяч экономии в качестве «платы за представление», плюс репутация, заработанная на глазах у тридцати антикваров и коллекционеров.

Последнее нельзя было посчитать в рублях, но за шестьдесят лет я усвоил: репутация конвертируется в деньги надёжнее любого банковского чека. После этого аукциона меня будут знать. Не как новичка, не как странного молодого человека в костюме-тройке, а как профессионала.

Где-то потеряешь, где-то найдёшь. Квартира сгорела, а лавка стала богаче. Виктор потерял деньги, его человек — лицо. Я был не против такого обмена.

Лавка встретила меня сиянием витрины и запахом тёплого дерева. Ася вышла на порог, увидела ящики и выразилась коротко:

— Опять?

— Ага, опять. Только в этот раз вдвое больше.

— Двести… — потянулась она к накладной.

— Двести двенадцать. Давай заносить.

Мы закрыли лавку (вывесили табличку «приёмка товара») и начали таскать, на этот раз с помощью возчика, которому я заплатил.

Следующие пять часов мы распаковывали, раскладывали и вносили товары в каталог. Лавка подсказывала, что куда ставить, чтобы и смотрелось лучше, и ей было удобнее. Ася записывала в тетрадь, уже не спрашивая, что к чему.

Проблема обнаружилась к последней четверти разгрузки: вещей было больше, чем места. Полки заполнились почти под завязку, а на полу еще оставалось несколько неразобранных ящиков. Торговый зал, и без того небольшой, стал откровенно тесным.

— Некуда уже девать, — констатировала Ася, стоя с ящичком минералов в руках.

[Пётр. Я могу расширить торговое пространство. Вытянуть зал вглубь, добавить стеллажи. Но это серьёзная перестройка. Мне придётся уснуть на двое суток, если не больше. Вход будет закрыт, но наглухо, никто не влезет. Но вам придется снять отель или квартиру на это время.]

Я покачал головой.

— Нет, — ответил я.

— Что «нет»? — переспросила Ася.

— Лавка предлагает расширить зал, но для этого нужно уснуть на двое-трое суток. В целом тоже может быть вариантом, но не сейчас. Мы потерпим тесноту, а вместо этого начни то расширение, после которого сможешь общаться с Асей.

Ася поставила ящичек на пол рядом с прилавком.

— Потерпим, — согласилась она, принимая такой выбор.

[Хорошо. Тогда тесноту оставляем. Но, Пётр, энергии от новых артефактов много. Мне хватит не только на это.]

— Что еще можешь предложить? — улыбнулся я.

Пауза. Лавка видимо подбирала слова. Потом выдала:

[Скажи мне, Пётр. Ты бы хотел, наконец, стать магом?]

— С этого момента поподробнее, — проговорил я, опускаясь на стул.

[Маги рождаются с предрасположенностью. Это не талант, а физиология: у магов от рождения есть структура в сознании, через которую проходит мана. Без этой структуры ты можешь выучить теорию, но не сможешь практиковать. Колдовство работает иначе, там другие принципы, но магия требует именно этого: врождённого «окна».]

— И у меня его нет, — сказал я.

[Нет. Но через нашу связь я могу создать искусственное. Для начала не такое мощное, как врождённое, но рабочее. Ты, разумеется, не станешь боевым магом и не будешь двигать горы. Но ощущать ману, видеть её без монокля, минимально ею управлять, этого хватит.]

— Как это делается?

[Я перестрою часть нашей связи. Расширю канал, через который ты проводишь мою энергию, когда я чиню предметы через тебя. Сделаю его постоянным. Для этого мне нужен доступ к твоему сознанию, а значит, тебе придётся уснуть. Глубоко. На пару дней.]

— Неплохо, — протянул я.

[Может чуть больше. Тело будет в порядке, я прослежу. Но сознание будет занято, и разбудить тебя не получится.]

Я помолчал. За прилавком Ася перебирала флаконы, расставляя их по полкам. По моей половине диалога было мало что можно понять.

Стать магом. Хоть пока и не полноценным. Видеть то, что скрыто. Чувствовать то, что не чувствуют обычные люди. Какие могли быть сомнения?

— Давай, — просто ответил я.

***

Мы доработали день. Я оставил Асе инструкции, хотя она и так уже все отлично знала. Всё-таки работала в этой лавке на три месяца больше, чем я.

— Я не маленькая, — сказала Ася, когда я закончил.

— Знаю. Но я буду спать, и подстраховать тебя будет некому, не забывай об этом.

— Пётр, да я три месяца торговала одна, пока ты не появился. Справлюсь.

— Торговала в убыток.

— Да иди ты, — насупилась она.

Я улыбнулся, кивнул ей, поднялся по винтовой лестнице, вошёл в спальню. Затем разделся, лёг, натянул одеяло до груди.

[Готов?]

— Готов.