— Я боюсь потерять тебя здесь, мое маленькое божество. Боюсь, что больше не увижу тебя даже в посмертии, и это просто невыносимо. Пожалуйста… Прошу, не уходи. Пожалуйста, — кажется, он падает на колени в неглубокую воду у нас под ногами.

Дыхание становится тяжелым, все во мне жаждет подойти к нему.

Мой голос звучит болезненно, словно где-то на теле открытая рана.

— Ты причинил мне боль…

— Знаю, — хрипит Калел.

— Ты убил меня.

— Как и ты меня, — он едва выдавливает слова сквозь всхлипы. — Это разбивает мне сердце, Алира. Его будто вырвали из груди, и ничего не может этого исправить. Прости меня. Прости меня. Пожалуйста. Давай просто выберемся из этой тьмы. Мне невыносима мысль, что ты навечно останешься здесь одна.

Он всегда был красноречив, всегда мог подобрать слова, способные возродить мою душу.

Уголки моего рта опускаются, и я кричу в пустоту. Бегу на его голос. Должно быть, он слышит, что я приближаюсь, а не отдаляюсь и встает, зовет меня по имени, чтобы мы смогли найтись в темноте.

Столкнувшись, мы отчаянно обнимаем друг друга. Калел прижимает меня к груди, обхватывает мой затылок ладонью и склоняет голову.

— Я думал, что потерял тебя, — шепчет он.

Я цепляюсь пальцами за его рубашку так, будто от этого зависит моя жизнь.

— Я не хочу терять тебя. Не хочу ссориться. Не хочу, чтобы мне было больно, Калел. Я хочу стать свободной. Почему мы не можем освободиться от всего этого? — мои плечи дрожат от рыданий.

Вдали вспыхивает искорка света, привлекая мое внимание.

Теперь тени вокруг светлеют. Я с силой моргаю, решив, что мне привиделось, но пустота вокруг нас исчезает.

— Калел, смотри, — шепотом говорю я и слегка отстраняюсь, чтобы впервые посмотреть на Мортем.

Я читала о нем множество легенд. В них говорилось, что подземный мир полон развалин, чудовищ и огня. Я ожидала увидеть демонов, издевающихся над смертными. Услышать крики, что не прекращаются уже вечность. Обнаружить кровавые реки, скелеты павших, и гигантских монстров, сотворенных Плутоном, которые будут стеречь врата.

Но Мортем оказывается совсем другим.

Обняв за талию, Калел притягивает меня к себе, и мы вместе разглядываем раскинувшийся перед нами новый мир.

Долина тянется во все стороны, насколько дотягивается взгляд. С одной ее стороны виднеется гора из небесно-голубых кристаллов. Они кажутся одновременно гладкими и разломанными, как осколки льда. Ледник существует без снега и мороза. Он теплый. Здесь внизу нет солнца, но все так и сияет. Из кристаллов исходит свет, становящийся ярче, отражаясь в сколах и гранях камней.

Нежные цвета приносят душевный покой. Они кажутся располагающими, полными надежды.

Сначала мне кажется, что травинки на полях подернуты инеем, но, когда мы сходим с каменистого выступа, на котором стояли, оказывается, что они не покрыты льдом. Просто трава бледно-голубая, на пару оттенков темнее, чем горы. Мягкий ветерок покачивает ее, делая похожей на волны.

Прямо перед нами уходят за горизонт бесконечные поля. Подняв глаза к небу, я вижу стену воды. Кажется, будто мы под поверхностью моря, только она почему-то темнее, и на волнах вспыхивают искорки, похожие на рассыпавшиеся звезды.

Пораженная увиденным, я судорожно вздыхаю. Не раздумывая, я поглаживаю кончиками пальцев достающую до колен траву.

— Калел, ты видишь темный и пугающий Мортем или тот же волшебный подводный мир, что и я? — спрашиваю я, переводя на него взгляд. В его глазах я вижу то же восторженное изумление, что отражается и в моих.

Его взгляд вслед за моим скользит по пейзажу и к небу, жадно впитывая все детали. Здесь даже прекраснее, чем было в Девиците с его защитной завесой.

— Я вижу мир, в котором, как я думал, живут лишь боги, но никак не мертвые, — медленно отвечает Калел, прежде чем посмотреть на меня. Уголки его губ изгибаются в нервной улыбке. — Разве могут все книги ошибаться? Почему многие боятся Мортема, если здесь рай, в котором можно отдохнуть в посмертии? — на его лице отражается облегчение.

Я разглядываю низины на полях вдалеке. Кажется, в самом центре притаилась небольшая деревушка, через которую проходит дорога, ведущая на другую сторону гор.

— Разве не ты говорил, что пока еще никто не возвращался из Мортема? Никто не знает, чего именно ждать. Может, из-за прошлых деяний все считают Плутона жестоким богом. Тем, кто хочет причинять страдания. А может, Плутон сам распустил эти слухи, чтобы те, кто здесь оказывается, испытали тот же восторг, что и мы.

В ответ на мои слова Калел воодушевленно кивает.

Если бы в Мортеме можно было попасть на разные уровни в зависимости от содеянных грехов, то мы с Калелом точно оказали бы на самом нижнем. Мы отняли сотни жизней и совершали куда худшие поступки, чем остальные.

— Действительно. В это легко поверить, учитывая, как пугает остров, через который сюда попадают, — он взмахивает рукой, и я улыбаюсь.

Воздух пропитан сладковатым ароматом, напоминающим жимолость. Я уже не чувствую такой тяжести на плечах, как пару минут назад.

— Думаю, нам нужно идти дальше и посмотреть, что в той деревушке в низине.