Никогда еще я не был в такой растерянности. Сердце сжимается, а на глаза наворачиваются слезы, как бы старательно я их не вытирал.

— Ты в Мортеме, Калел Лорнхельм. Где же еще? — мужской голос эхом проносится по пещере. Я его знаю. Я слышал его уже много раз. Покопавшись в воспоминаниях, я понимаю, кому он принадлежит.

— Плутон? Но… Почему ты перенес нас сюда? — спрашиваю я, морщась от нового приступа боли в голове.

Плутон медленно обходит вокруг меня. Его темные одежды вспыхивают по краям, сочась дымом, пока он идет к трону, так хорошо вписывающемуся в пейзаж, что поначалу я даже его не заметил.

— Это вы сюда пришли, а не я вас принес, — небрежно бросает он, садясь и откидываясь на спинку. Бог смотрит на меня спокойными темными глазами. — Воспоминания вернутся. Иногда на то, чтобы все… осознать требуется несколько минут.

Лоб снова взрывается болью, и я стискиваю зубы.

— Я не в настроении для твоих игр. Если мы умерли, то так и скажи, — резко требую я. Какая-то часть меня понимает, что в Мортем попадают не так. Сначала нужно пройти через Врата, а потом найти свое место на разных уровнях. Так почему мы оказались прямо перед Плутоном? Это для страшного суда? Мы правда мертвы? Я снова смотрю на Алиру. И сердце вновь сжимается. Почему она тоже здесь? Кто это сделал?

Слегка усмехнувшись, бог подается вперед на троне, опирается на подлокотники и кладет подбородок на ладони.

— Как любопытно, — бормочет он и смотрит так, будто рад нашей встрече.

Потом он поднимает взгляд. Посмотрев туда же, куда и он, я вижу богиню в белых одеждах. На первый взгляд она кажется точной копией Алиры, старше и печальнее, но в остальном идеально похожей. Длинные серебристые волосы спускаются до щиколоток, окутывая ее похожим на нимб сиянием.

Улыбнувшись мне, Плутон слегка склоняет голову.

— Возможно, вас обоих перенесла сюда любовь Венеры.

— Венеры? — нерешительно повторяю я. С чего бы ей вдруг оказаться в Мортеме? Я смотрю на лежащую на земле Алиру. Перед глазами мутнеет, и я вижу, как ее кровь смешивается с моей, золотистые и черные пятна пропитывают розовое платье. Меня охватывает ужас, и я отшатываюсь на пару шагов, моргая, и наконец снова вижу Алиру, лежащую в белом платье.

Что это было? Сжав челюсти, я снова смотрю на богов, собираясь с мыслями.

Венера — мать Алиры.

Богиня не оставляет меня в раздумьях надолго, и приближается, ступая по камням, что кажутся темными и кривыми на фоне ее сияющего платья. Она и вправду выглядит неземной, как о ней и говорят. Я страшусь дня, когда скажу ей, что дочь унаследовала всю ее красоту и даже больше.

Плутон протягивает Венере руку. Та опирается на нее с легким кивком головы. Интересно вот так смотреть, как они обращаются друг с другом. Плутон поднял капюшон, и большей части его лица не видно, пока он не поднимает голову. И Венера в золотом терновом венке на голове, сочащемся золотистыми каплями, которые падают на платье, заставляя его сиять.

Они точно такие, как мы их представляем, только без крыльев, но я уверен, что если пожелают, то призовут и их. Может, они просто скрывают их от нас.

Они выглядят искренними, как старые друзья, встретившиеся после долгой разлуки. Я задумываюсь о том, как эти двое стали приятелями.

— Венера, рад тебя видеть, — Плутон с улыбкой целует ей руку. Его взгляд полон желания, и она отвечает взаимностью, тоже слегка улыбаясь. — Полагаю, это имеет нечто общее с видением, что ты узрела много лет назад. Забавно, каким быстротечным, и в то же время медленным кажется время.

Кивнув, богиня с грустью смотрит на дочь.

— И все же, оно бежит куда быстрее, чем я могла себе представить. Я будто спала и последние тридцать лет мне попросту приснились.

Рассмеявшись, Плутон задумчиво качает головой.

— Сон за сном. Все кажется нереальным. Где мы были, где оказались. Но эта парочка дала нам опору на какое-то время, правда же? У тебя было много дел, богиня.

Улыбка исчезает с лица Венеры, и она смотрит на нас с Алирой.

— Партия в шахматы, как сказали бы смертные. Но все дело в любви, и как бы не старалась я защитить свою дочь, ее судьба каждый раз оказывается изуродована жестоким миром, в котором она живет, Фалтором.

По щеке Венеры скатывается золотистая слеза. Плутон стирает ее большим пальцем и целует Венеру в макушку.

Они кажутся скорее людьми, чем божествами, в них больше человеческого даже чем в полубогах. Они сочувствуют друг другу и обмениваются ласками, каких я не видел ни среди людей, ни среди полубогов. Ни в легендах, ни в книгах, ни в скульптуре.

Может, они жаждут того, что им недоступно, как и большинство из нас.

Нахмурившись, я делаю шаг к ним.

— Ты сказала, что все началось с видения? Что ты имела в виду?

Плутон бросает на меня резкий взгляд.

— Как смеешь ты говорить с богиней в таком тоне?

Покачав головой, Венера равнодушно взмахивает рукой.