Потому что никто мне не поверит, — возразила она. Но ярость поутихла. Кадра был слишком хитёр, чтобы рисковать и оставлять «концы». Особенно когда Проситель мог восстановить в памяти скудные воспоминания той ночи и опознать его голос.

Это не имеет смысла. Она уставилась на разорванные глаза Йовиана, осознав, отчего спутник Кадры задыхался, глядя на неё в ту ночь. Как целители вообще собрали её по частям?

— Почему ты думаешь, что он упал с башни? — вмешался Кадра.

— Потому что… — её голос сорвался на хрип.

Земля качнулась. Труп Йовиана вытянулся в тени, метнувшиеся в углы комнаты. Голос Кадры доносился как будто сквозь вату. Она вонзила ногти в свои руки. Не здесь. Не сейчас. Не перед ними.

— Он… — снова попыталась она, но слово закончилось лишь тяжёлым хрипом.

Что-то сжало её запястье, решительно выталкивая вперёд, прочь из комнаты. Тепло вернулось в пальцы болезненным потоком, когда дверь за ними захлопнулась. Она с облегчением выдохнула. Зрение прояснилось.

Сначала она осознала, что её всё ещё держат за запястье. Она проследила взглядом по большой ладони, пока фигура перед ней не обрела чёткие очертания суровых черт лица Кадры. Чёрт.

Прежде чем он успел заговорить, она прочистила горло. — Его руки.

Он поднял бровь. Она сохраняла бесстрастное выражение лица, пока его глаза впивались в неё.

Наконец он отпустил её.

— Объясняй.

Растирая озябшую кожу, она временно отбросила подозрения в сторону.

— Если бы Йовиана раздавили шкафы, он бы проделал лишь короткий путь до земли. Были бы следы внутреннего кровотечения или удушья, кровоподтёки на спине от веса шкафов, а не это… — она сглотнула, — …превращение в фарш. Для этого нужны высота и гравитация. Как будто он… разлетелся на куски при ударе. Кто-то заметил бы это, случись такое на людях — все, вероятно, видели его лицо на прошлогоднем Облачении. Но тело могли не замечать гораздо дольше в Академии. Там не так людно, и я не видела ни одного здания, которое могло бы соперничать с башнями по высоте.

Кадра прислонился к ледяным стенам.

— И как же человек, упавший с башни, оказался найденным в своём кабинете под четырьмя книжными шкафами?

Ты знаешь почему. Она осмелилась встретить его взгляд и обнаружила в нём сталь. Осторожнее. У неё всё ещё не было доказательств его причастности. И всё же огонь поднялся по её горлу, когда она взглянула на дверь, за которой разлагался Йовиан.

Притворись, что это теория. Это всего лишь теория. Она развязала себе язык. — Полагаю, что смерть на территории Академии была бы… нежелательной.

— То есть кто-то инсценировал его самоубийство, чтобы сохранить репутацию Академии?

— Я не говорила, что его смерть была самоубийством, — прошептала она.

Лицо Кадры застыло, словно её слова удивили его и это его встревожило. Отстранившись от стены, он подошёл к ней, наклонившись так, что их лица оказались на одном уровне.

— Проситель Сарай. — Его голос был подобен шёлку. — Это опасная теория.

Она не шелохнулась.

— Опасность не меняет правды. Я зарабатывала на жизнь тем, что лазила по лозам снежного винограда. Я… знаю, как выглядит падение. И не думаю, что он хотел умирать.

Его лицо напряглось.

— Согласен, — тихо произнёс он.

Дверь в ледяную камеру с трупом Йовиана со скрипом отворилась. Она поспешно отошла от Кадры, когда появилась Джина.

— Я думала, арсамейцы спят в сугробах. Не думала, что холод окажется для вас слишком сильным, — насмешливо бросила она. — Как мне зарегистрировать смерть, Тетрарх Кадра?

— Падение. Самоубийство было инсценировано. — Его тон не допускал возражений.

— Homicidium? Но… — Джина осеклась, когда Кадра бросил на неё взгляд. — Разумеется. Мне сделать то же самое с тем другим?

Тем другим? Сердце Сарай пропустило удар. — Есть ещё один труп, похожий на тело Йовиана?

— Проситель Тулла, два года назад. — Кадра начал подниматься по лестнице. — По всей видимости, он зашёл в загон к быкам и был затоптан насмерть.

Правда. Ещё один изуродованный труп. Ещё один способ скрыть падение. Но если Просители падали с башен Академии, тогда… то, что случилось со мной, никогда не прекращалось.

Это были не только она и Йовиан. Кто-то убивал Просителей Тетрархии.

— Почему? — прошептала она. Вопрос эхом разнёсся по лестничному пролёту до Кадры, который одарил её вопросительным взглядом. Она догнала его. — Почему вы расследуете это только сейчас? Если есть ещё одно такое тело, как у Йовиана, значит, за некоторыми из этих предполагаемых самоубийств Просителей годами стоял убийца! А вы сформировали теорию падения для Йовиана только сегодня.

— Не я.

— Мы согласились, что это было падение, всего несколько минут назад. — В нескольких дюймах от главной площадки вонь смерти душила её. — Разве это не было целью этой маленькой прогулки?

Глаза Джины нервно метались между ними, когда он приблизился ещё на дюйм.