— Думаю, несколько десятков, не считая нужников. Короче, Райал заявляет Баззи, что они идут в сад набрать лимонов и апельсинов для кухни. Зачем сразу троим мужикам идти собирать цитрусовые, он уточнять не стал, а Баззи расспрашивать не решилась. Волчок у нас далеко не Эйнштейн, но на фоне Баззи он выглядит победителем интеллектуального телешоу. — Пэй призадумался, а затем добавил: — Ну, то есть нет, конечно. Но ты понял, о чем я.

— Понял.

— И Баззи-с-Тряпкой такая: «Ну ладно, только держитесь подальше от двери». Она имела в виду Дверь Между Мирами. А Райал ей в ответ: «Само собой, мадам, давай делай отсюда ноги и не жужжи». Для Райала Коннорса самый верх искрометного юмора. Короче, ворота в сад заперты, но Джордж просек, что ключ лежит в маленьком замшевом мешочке, припрятанном в корнях огромного баньяна прямо у забора. Он его выудил, и они зашли внутрь. Ты ведь знаешь, какая там лепота?

Джек знал, и еще как. Обнесенный стеной сад занимал акров двадцать, тропинка вела то вверх на холм, то спускалась в низину. Небольшой ручеек петлял с севера на юг. Воздух там был напоен, казалось, сотней самых разных ароматов, и все до одного приятные, и пропитан мерным гудением множества пчел (там стояли ульи, за которыми иногда приглядывал Эйден, а иногда Баззи). Если когда-то там и водились другие, более кусачие и мерзкие твари, их давно извели под корень. Вдоль главной дорожки журчали каменные фонтаны. Росли фруктовые деревья, самшит, тисы, благоухала гортензия, манжетка, гигантские пионы… а на самой вершине первого пологого склона высилась дверь.

Джек отлично помнил, как Янгблад впервые показал ее.

— Магия, — разглагольствовал он. — Ведет в твой мир, в один конкретный год, под названием… — Он произнес это слово по-английски, а не на местном наречии, причем очень осторожно, словно боялся прикусить язык, если перепутает звуки. — … Двух-сот-ле-ти-е. Слыхал про Двухсотлетие, Джек?

— Конечно слыхал, — ответил тогда Джек. Мало того, что слышал, он его помнил. Во всяком случае, помнил потрясающий праздничный салют, в финале которого в небе вспыхнул гигантский американский флаг из чистого огня.

Дверь стояла сама по себе, оплетенная кольцом кроваво-красных роз. В самом начале их пребывания в Дези Янгблад предложил Джеку и Софи обойти ее сзади и «глянуть одним глазком». Они так и сделали. Софи пришла в полный восторг, а вот Джек заранее знал, что увидит — ровным счетом ничего. На середине пути дверь попросту растворялась в воздухе. С противоположной стороны они с Софи увидели БК, стоявшего на краю пустой розовой клумбы. Софи тогда рассмеялась и захлопала в ладоши. Думать об этом, вспоминать радость Софи, до сих пор было невыносимо больно.

Пэй продолжил:

— Он ведь и для тебя открывал эту дверь, да? Можешь не отвечать, он ее перед каждым распахивает. Очень так осторожненько. Верно ведь?

— Верно.

— И она ведь не заперта, в отличие от ворот сада, так?

— Не заперта.

— Ну еще бы, ведь нельзя запереть дверь, ведущую в никуда.

— Он сам так и сказал.

— Ну естественно. Он это всем втирает, когда ее показывает. А тебе он говорил, что время от времени швыряет туда смутьянов?

— Чтобы смазать шестеренки механизма.

Пэй расхохотался и ткнул в Джека пальцем:

— Во-во, именно! Вечно одна и та же пластинка. И про то, что ходить туда может только Эйден, и только в июль тысяча девятьсот семьдесят шестого.

— Давай ближе к делу, Пэй.

Пэй накренился на бортик повозки, и на сей раз ему не понадобилась никакая подушка-пердушка, чтобы издать долгий сочный звук.

— Ну вот, выдал малость на орехи.

Джек замахал рукой перед лицом:

— Господи, ну и вонища.

— Сардины, чувак.

Далеко впереди, вдоль блестящих рельсов той самой железной дороги, по которой они с Ричардом когда-то мчались в свое путешествие на золотой запад, Джек приметил очертания неких строений. Теперь он был полностью уверен, что это за место, и ощутил тот самый трепет, что испытывают люди, возвращаясь в края своего детства.

— Ладно, возвращаемся к теме. Джордж прихватил с собой хреновину, которую смастерил из обрезков водопроводных труб. Мэри ему помогала, но он не стал раскрывать карты, зачем это нужно, потому что она…

Пэй изобразил пантомиму, будто опрокидывает в рот бутылку, и Джек понимающе кивнул. Стоило Мэри причаститься, как у нее развязывался язык.

Пэй улыбнулся. Джеку эта улыбка показалась на редкость теплой и мягкой, совсем не похожей на его привычные наглые ужимки.

— Рукастая она девка, этого у нее не отнять. Джордж говорил, что она ему помогала, но я так мыслю: он описал ей задумку, может, чертеж набросал, а она уже собрала. Штука походила на детский перископ, только здоровенный. — Пэй очертил в воздухе зигзаг. — В длину футов шесть, не меньше. Короче, Райал открыл дверь. Очень осторожно. С этой дверью шутки плохи. Она распахнулась, и… ты сам знаешь, что он за ней увидел. Что они все увидели. Я лично жутко рад, что меня с ними не было в тот день. От одной мысли об этой двери у меня поджилки трясутся.