— Ты раньше здесь бывала? — прищурившись, спросила она.

Дорогие читатели, кто только присоединился, это 3 том истории. Первый можно прочесть по ссылке:

Глава 2. Мать-настоятельница

Вопрос бабушки не вызвал у Алиты никакого волнения.

— Нет, — покачав головой, спокойно ответила она. — Просто это место… немного странное. С момента приезда меня не покидает ощущение, будто я здесь уже была.

Флоренс Боше понимающе кивнула: она никогда не отличалась пылкой набожностью, однако и ей казалось, что стены монастыря Блаженной Илии обладают особой силой.

Шедшая чуть позади Элиза презрительно скривила губы. По её мнению, и бабушка, и внучка лишь играли на публику, изображая трепет перед этой убогой обителью, где всё дышало разрухой и нищетой.

У ворот их встретила монахиня в тёмно-сером облачении. Несмотря на измождённый вид, иссохшее тело и изрезанное морщинами лицо, Алита знала: сестре Берте нет ещё и тридцати. В монастырь Блаженной Илии её сослала родня покойного мужа, не пожелавшая кормить лишний рот.

Порядки здесь всегда царили суровые: кто не трудился, тому не полагалось и куска хлеба. В первые дни после прибытия сломленная духом Алита не поднималась с постели. Жалея её, сестра Берта по ночам тайком приносила девушке тёплое молоко.

— Добро пожаловать, — склонив голову, как и подобало при встрече знатных гостей, тихо произнесла монахиня. — Простите мою дерзость, но мне велено спросить: кто вы и по какому делу пожаловали к нам?

Вперёд выступила личная горничная Флоренс Боше:

— Перед вами госпожа Боше, супруга старого генерала Боше, и её внучки. Они здесь, чтобы повидать мать-настоятельницу Анну. Прошу передать ей.

Монахиня понимающе кивнула:

— Мать-настоятельница неважно себя чувствует, поэтому не сможет принять вас всех разом — только по очереди. Прошу следовать за мной.

Монахиня развернулась и неторопливо направилась к главному зданию. Гостьи одна за другой двинулись следом.

Вымощенная просевшим камнем дорожка вилась меж низких кустов и упиралась в полукруглую арку внутреннего двора. Там, вокруг колодца, располагалось несколько узких построек и крытая галерея, ведущая к покоям матери-настоятельницы.

Проводив гостий к увитой плющом беседке, сестра Берта велела одной из послушниц принести чай. Сама ушла докладывать. А когда вернулась, первой войти пригласила госпожу Боше.

Сидя на деревянной скамье, Алита разглядывала двор, пока Элиза в нетерпении ходила из угла в угол. Время тянулось медленно. Чайник успел опустеть наполовину, прежде чем Флоренс Боше наконец вернулась.

Выглядела она взволнованной: в глазах блестели слёзы, на щеках выступил лёгкий румянец. Завидев внучку, она слабо улыбнулась и едва заметно покачала головой — мол, всё в порядке, не о чем тревожиться.

Следующей сестра Берта пригласила Элизу. Та, не задумываясь, отрицательно качнула головой.

— Я здесь только для того, чтобы составить компанию Алите.

Алита удивлённо приподняла бровь. На язык просилась колкость, но она сдержалась. Если Элизе вздумалось поиграть в сестринскую любовь — на здоровье. Всё равно без зрителей это представление обречено на провал.

Сестра Берта кивнула и повернулась к Алите.

— Тогда ваша очередь, мисс.

Девушка прекрасно знала дорогу, но заставила себя идти медленно, не опережая провожающую. У самого входа монахиня остановилась, пропустила гостью внутрь и закрыла дверь за её спиной.

Алита оказалась в небольшом помещении, где, как ей и помнилось, царила умиротворяющая тишина. Выходившие в лекарский сад окна были распахнуты настежь. В воздухе летали пылинки. Проникавший внутрь солнечный свет слепил глаза.

Мать-настоятельница Анна сидела за простым письменным столом. По внешнему виду и не сказать, сколько ей лет. Может двадцать, может сорок, а может и восемьдесят. Всё та же прямая спина, тот же спокойный взгляд, что, казалось, видел собеседника насквозь.

— Здравствуй, дитя, — негромко произнесла она, кивая на свободный стул.

Алита склонила голову в почтительном поклоне:

— Благодарю, что согласились меня принять.

Женщина некоторое время молча разглядывала девушку. Затем, будто избавляясь от непрошеных мыслей, тряхнула головой.

— Твоя бабушка уже сообщила мне о причине твоего визита. Ты хочешь узнать, с какой целью твоя мать посещала наш монастырь?

Алита сдержанно кивнула. Мать-настоятельница перевела взгляд к распахнутому окну. По её лицу пробежала едва уловимая тень.

— Мадам была удивительным человеком. Светлым, добрым… — она тяжело вздохнула. — И очень несчастным.

— Именно поэтому я здесь, — призналась Алита. — Хочу понять, что её так тяготило.

Женщина пожала плечами.

— Здесь я помочь не в силах. Твоя мать не открывала мне своих чувств. Знаю лишь, что поначалу её привлекали хранящиеся у нас книги. Затем — царящие в этих стенах тишина и покой. А в определённый период… она встретила здесь друга.