Этот щелчок раздается поразительно звонко по всему немалому пространству кабинета, и я вздрагиваю синхронно с ним.

А Сам, владелец этого завода, нескольких других, и еще много-много чего, о чем можно получить представление, если знать, где смотреть, в каких источниках, жесткий, неулыбчивый, взрослый мужик, по лицу которого опытный физиогномист прочитал бы такое, от чего заикой бы сделался точно…

Короче, этот жуткий, ужасный, опасный мужчина подходит ко мне, медленно изучает с ног до головы, сканируя взглядом не хуже рентгена, а после усмехается:

— Сама разденешься? Или помочь?

Сжимаю губы, задирая подбородок и смело отвечая на его плотоядный жесткий взгляд. Хочется ударить… Да… По лицу. А потом ногтями проехаться по небритой щеке. У него скулы острые, нос с легкой горбинкой. И сам он — лучший из представителей хищников.

А когда целует в шею — ощущение, будто кожу сейчас прокусит. Опасность в каждом движении. Опасность даже вот так — когда глаза в глаза…

— Вы меня… вызывали… по работе… — в три приема получается выговорить, сыграть подобие протеста. Когда он дает возможность это сделать.

— Это по работе, — холодно кивает он.

И резко рвет на моей груди блузку.

Глава 3

В этот момент я все-таки исполняю свое желание. Бью по небритой, колючей, словно наждак, щеке.

Он тормозит на пару мгновений всего, вскидывает взгляд, до этого накрепко прикипевший к моим очень даже скромным прелестям, упакованным в еще более скромное бельишко. Клянусь, вообще смотреть не на что! Тем не менее, пялился же. Так, словно лучше ничего не видал.

И я его из этого легкого медитативного транса вывожу своим коварным ударом.

Он бешено щурится на мое напряженное лицо, прикушенную губу… И это очень тонкий момент. Этот мужчина мне незнаком, несмотря на то, что между нами уже было, реакции его я не могу никак просчитать. И сейчас он может запросто ответить. Судя по его прошлому, а про это прошлое я, благодаря своему непосредственному работодателю, кое-что знаю, ответить этот властный говнюк может как угодно. Вплоть до ствола, засунутого мне в рот, и приказа встать на колени.

Конечно, если он такое сотворит, то все между нами (а оно есть вообще, хоть что-то?) будет поломано. Я не люблю вкус металла во рту. Опыт имеется, неприятный, но крайне впечатляющий.

И на колени встану только если сама захочу.

А я пока что не хочу.

Пока что.

Хотя его взгляд… Ох… Не встречались мне раньше мужики, похожие на него хоть чуть-чуть… Потому и иммунитета не выработалось. Вот и страдаю от раздвоения желаний. И по роже ему хочется дать, потому что ненавижу таких вот, хозяев жизни. И просто дать тоже хочется.

Удивительно, что с ним я уже успела оба своих желания удовлетворить!

— С-сучка… — бормочет властный гад и, резко подняв меня за талию, как-то очень быстро и ловко перемещает на свой монументальный рабочий стол. Тут же рывком раздвигает ноги, юбка по шву трещит, но держится. Он матерится и просто задирает ее до талии. Тоже ловко и с явным пониманием ситуации.

Не в первый раз такое проворачивает, похоже.

Интересно, сколько до меня их было?

Почему-то мысль эта злит, хотя мы ничего друг другу не обещали, да и не пообещаем никогда.

Но злит.

И я с наслаждением луплю его по второй щеке.

— Блять! — рычит он, и в голосе возмущение и изумление. Похоже, он тоже в шоке. От себя. Радует, что не я одна тут такая психопатка.

Третий раз мне порадоваться не позволяют, опрокидывают спиной на столешницу, перехватывают за запястья, чтоб не дергалась, наваливаются всем своим вообще не маленьким весом.

В этом мужике одни мышцы и сухожилия, клянусь! Выглядит, ведь, вообще не массивно, а тяжелый, словно бабушкин платяной шкаф времен победившего социализма!

Я задыхаюсь, судорожно раскрывая губы, не в силах поймать нужное количество воздуха, и мой властный гад пользцуется этим моментом, чтоб засунуть язык мне в рот!

О… Боже… Животное проклятое…

Что делает? Что он делает со мной?

Почему у меня все внутри словно фейерверком взрывает? Вспышки яркие до безумия!

Когда он, не прекращая целовать, отпускает мои запястья для того, чтоб сосредоточиться на бедрах, построить меня под себя, я с наслаждением вонзаю ногти ему в затылок. Не вздумай тормозить, скотина! Не вздумай!

Он кусает в ответ меня за губу и грубо двигает бедрами, проникая в мое порабощенное им тело, словно варвар в сдавшийся под его напором римский город.

Меня мгновенно вышибает из реальности!

Только фейерверки остаются!

Я такая голодная, боже! Такая жадная! Так мне надо его больше, больше, еще больше, блин!

Давай, варвар, жги уже!