Осталось только сипеть сдавленно и пытаться найти выход из этой заведомо патовой ситуации. И я делала это все то время, что мы ждали дозаправку самолета. Пока в VIP-терминале, в отдельном салоне с мягкими диванами мы обедали и пили крепкий кофе. Пока снова возвращались на борт. Пока еще летели долгие семь часов до неизвестного мне пункта назначения.

Но когда самолет зашел на посадку где-то посреди Сиамского залива, меня наконец-то осенило. Хотя нет — не так! Меня словно шипастой булавой по башке огрело четкое, ясное и безапелляционное понимание того, что я буду делать дальше — я буду сражаться! Как, впрочем, и всегда!

А именно!

Я была не намерена и дальше быть всего лишь жалкой марионеткой в руках собственного мужа. Я не собиралась плясать под его дудуку и быть прикормкой для более важной рыбы. Я не планировала оставаться мелкой гуппи.

Я решила стать акулой! Кровожадной. Жестокой. И беспощадной!

И сожрать всех!!!

И своего мужа в первую очередь.

Что ж...

Ну все! И я угрожающе, но с улыбкой похрустела костяшками пальцев, а затем кивнула собственному отражению в окне иллюминатора.

Что там мне говорил дорогой братец на пару с Рюмкой насчет Кахи Царенова? Он до безумия любит Толмачеву? Хм-м-м...

Ну так разлюбит, значит! И точка! А затем совершенно потеряет от меня свою буйную голову! Превратиться в моего верного пса! Станет заглядывать мне в рот и писать в мою честь оды любви! И вообще, ничего, кроме меня, вокруг замечать будет не в состоянии. Я взойду на пьедестал его бренной жизни и усядусь на трон, принимая в дар его сердце и душу!

А когда это все случится...

М-м-м!

Я возьму и безжалостно брошу этот просроченный кусок костного фарша! И уйду в закат! Чтобы он знал, что играть с Крапивой себе дороже! И вообще, зря он на мне женился.

Вот так вот!

Ну! Правда же отличный план-капкан? Да просто пушка-петарда! И да, я от него уже точно не отступлю. Что он там говорил? У нас будет целая неделя на райских островах? Или даже две? Чудесно! Просто великолепно! Пусть готовится.

И крестится!

Марьяна Крапивина вышла на тропу войны…

Глава 5 – Лед тронулся, господа присяжные заседатели!

Каха

Я бы не удивился, если бы после сегодняшнего перелета у меня развилось косоглазие. Ну, потому что невозможно! Нереально! Смерти подобно не смотреть на Мару, когда она сидела всего лишь в паре метров от моих загребущих рук вся такая фантастически прекрасная и до боли мне необходимая.

Сидела и даже не догадывалась, что я мысленно ее уже отжарил, заклеймил и испортил раз сто, если не больше. Кошмар! Что я в своих больных фантазиях с ней только не делал. Как только не изгалялся. Гнул ее и так и эдак. Опробовал все возможные горизонтальные поверхности. А когда они закончились, то перешел и к вертикальным.

Но совсем невмоготу мне стало после того, как моя жена, томно потянувшись на кресле во сне, выдохнула и медленно облизнулась. И все — шарики мои многострадальные окончательно зашли за ролики. Ибо пошлая картинка с участием ее рта, губ и языка в моей голове родилась со скоростью света. А вот развидеть ее я уже был не в состоянии.

Я хотел ее!

Вот и пришлось мне, бедному и несчастному, а еще до безобразия возбужденному, сидеть напротив Мары, прикрывая пледом раскочегаренное причинное место, и довольствоваться плодами собственного бурного воображения. А именно: как однажды (совсем скоро!) я надавлю этой девчонке на плечи.

Да...

И она опустится передо мной на колени, в стеснении краснея и отводя взгляд от ширинки моих брюк, которую разопрет налитый кровью и сходящий с ума от желания член. Но отвернуться я ей не позволю. Я заставлю ее смотреть на то, как я неспешно расстегиваю молнию, выпуская на свободу обезумевший от перевозбуждения ствол.

Она нервно сглотнет. И обреченно прикроет веки.

А я...

— Дорогие пассажиры, на связи капитан корабля, и я спешу сообщить вам, что мы приступаем к финальному этапу нашего полета.

Твою мать!

Я потер лицо ладонями, прогоняя из головы красочные видения того, как Мара все же открыла свой рот и полностью приняла меня внутрь. Заглотила целиком на протяжном стоне! Пока пульсирующая от голода головка не уперлась в ее горло.

Блядь...

Вангую: такими темпами меня ждет не медовый месяц, а бесславная смерть от спермотоксикоза. Но я не мог с собой ничего поделать. Я и так пытался не сильно жрать взглядом девчонку, чтобы она, не дай бог, не увидела в моих пьяных от ее красоты глазах, насколько я на ней кукукнулся.

Эпически!

— Прошу вас занять свои места и пристегнуть ремни безопасности, так как мы начинаем снижение и готовимся к посадке в аэропорту Кота-Бару. Местное время — девятнадцать часов десять минут. Погода за бортом отличная — тридцать два градуса со знаком плюс. До встречи на земле!

Какой там!

Я уже давным-давно варился в персональном чистилище порока и разврата. Ну а как иначе? Я был здоровым парнем в самом расцвете сил, а на расстоянии вытянутой руки находилась девушка, которую я отчаянно вожделел. Надо ли удивляться, что на повестке дня у меня был один лишь бесконечный секс с ней?

Пф-ф-ф!