Я почувствовала, как Мак подошел ближе, и открыла глаза, когда он притянул меня к себе, обнимая руками. Я напряглась, но когда он притянул меня в объятия, все сопротивление покинуло меня. Я прижалась к его груди, рыдая в его рубашку. Его руки крепче обхватили меня, когда я заплакала.

— Почему ты позволил ему… — всхлипнула я.

— Боунс, он хотел спасти тебя. Ты умирала, — пробормотал Мак.

— Мне все равно, — выдохнула я. — Он не должен был…

— Любой из нас сделал бы это, — добавил Трей, и я почувствовала его руку на своем плече.

— Какого черта все плачут?

Я подскочила от хриплого голоса, доносившегося с койки, и отстранилась от Мак, увидев, что Сэм смотрит на нас. Его глаза были затуманены, но он слабо усмехнулся.

— Ты! О чем, черт возьми, ты думал? — Я упала на колени, схватив его за руку, чтобы пощупать пульс, и посмотрела на него сквозь слезы.

— Ого, Пирожок, тебе действительно не все равно! — ухмылка Сэма стала шире.

— Никогда больше так не делай, Сэм! — Я попыталась огрызнуться, но рыдание сдавило горло.

— Я знал, что все эти кружки с бульоном — ключ к твоему сердцу, — прохрипел Сэм.

— Сэм… — Я даже не смогла закончить, горло сдавило сильнее.

— Как ты себя чувствуешь, Сэм? — спросил Мак.

Сэм скорчил гримасу.

— Не очень.

— Я не могу исцелить тебя, — прошептала я, а затем мое лицо снова исказилось от слез.

Я уткнулась лицом в руки на краю его койки. Я ненавидела это. Плотину прорвало, и все эти эмоции хлынули наружу и захлестнули меня. Я должна заботиться о нем, а не разваливаться на части. Сэм слабо погладил меня по голове.

— Тише, Пирожок, — пробормотал он. — Все в порядке.

Мне хотелось накричать на него. Мне хотелось сесть и заставить свою целительную силу вылечить его. Я хотела сделать много чего, но вместо этого я просто плакала. Рука Сэма нашла мою, и я сжала ее в ответ, не поднимая головы. Я почувствовала, как люди зашевелились вокруг нас, перешептываясь. После того, как я, казалось, выплакалась, я подняла голову, мое дыхание стало прерывистым. Сэм снова заснул, его рука все еще была в моей. Я считала его вдохи, стоя на коленях возле его койки. Он выглядел таким больным.

— Пойду проверю, как там Скай и Рэйвен, — услышала я голос Мака.

Дверь за ним закрылась, и я, повернув голову, увидела Трея у изножья койки.

— Кто такая Скай? — прошептала я.

Он моргнул.

— Девушка, ради спасения которой ты прыгнула в яму. Ты не знала, кто она?

Я почувствовала, как запылали мои щеки, и покачала головой.

— Она кузина Рэйвен, — сказал он. — Мы думали, ты это знаешь и поэтому спасла ее.

Я уткнулась щекой в сложенные руки.

— Она всего лишь ребенок.

Трей обошел койку и присел на корточки рядом со мной, чтобы посмотреть мне в глаза. Глубина эмоций в его глазах заставила мои снова начать гореть.

— Боунс, — сказал он, и его голос звучал раздраженно и почему-то нежно одновременно.

— Что? — Я пробормотала, немного защищаясь.

Его лицо стало серьезным. Он начал что-то говорить и остановился, проведя рукой по волосам. Затем он потянулся, не говоря ни слова, прося моей руки. Я удивила саму себя, отдав их ему без колебаний, и он поднял меня на ноги вместе с собой. Мгновение мы стояли лицом друг к другу. Он не отпустил моих рук, и я не отстранилась.

Он глубоко вздохнул и снова начал.

— Когда я увидел, что ты лежишь в той яме, — сказал он низким и грубым голосом, — я подумал, что ты мертва.

Я моргнула, чувствуя дрожь, и его руки крепче сжали мои.

— Клянусь, у меня остановилось сердце, — сказал он еще тише. — А потом, когда ты лежала на столе и не могла дышать, и смотрела на меня так, словно прощалась…

Он замолчал, мускул на его челюсти дрогнул, когда он изучал мое лицо.

— Боунс, почему ты спасаешь всех, кроме себя?

Мои глаза закрылись в отчаянной попытке скрыть слезы. Эти слова сжали кулак вокруг моего сердца и стиснули его. Я не знал, что сказать.

— Я хочу, чтобы ты жила, — добавил он хриплым от эмоций голосом. — И да, отчасти это потому, что я эгоистичный ублюдок. Мне просто невыносима мысль о том, что я буду жить в мире без тебя.

Я удивленно открыла влажные глаза, и он одарил меня своей милой улыбкой, подходя ближе. Мне пришлось немного откинуть голову назад, чтобы выдержать его взгляд. Он стоял так близко ко мне, но я не хотела отстраняться. Я хотела прислониться, чтобы быть поглощенной им. Я вспомнила сожаление, которое испытала, когда не могла дышать. Нежные эмоции в моей груди медленно, но верно поднимались из грязи, и, боги, я устала бороться с ними.

— Разве ты не видишь, как много ты для меня значишь? — Он отпустил одну из моих рук, чтобы убрать выбившуюся прядь с моего лица и заправить ее за ухо.

Мои губы задрожали.