Так много вопросов крутилось у меня в голове. Я хотела спросить его, как он мог работать на Мадам, как он оправдывал то, что она делала, и почему он остался здесь, в Убежище.

Вместо этого я держала рот на замке.

Даже если бы я лично не видела, что Мадам делала с людьми в той ужасной комнате-подземелье, я слышала достаточно обрывков разговоров, что бы понять — назревает смута. У меня уже был большой опыт такого рода, и если я хотела выжить, мне нужно было просто не высовываться и держаться подальше от всего этого.

Выжить, согласился Вольф, напугав меня. В последнее время он был тих.

— Сколько людей погибло? — спросила я.

— Семь. — Свободная рука Трея поднялась, легла поверх моей ладони на его предплечье и сжала. — Наверное, было бы втрое больше, если бы тебя здесь не было.

Чувство вины смешалось с чем-то мягким и теплым в моей груди.

— Но мы больше не будем говорить о пожаре. Мы займемся кое-чем другим.

— Чем? — Осторожно спросила я.

— Вот увидишь, — сказал он с усмешкой.

Я поняла, что мы направляемся к амбару. Холодок страха пробежал по телу. Я знала, что нельзя слепо следовать за мужчиной в уединенное место. Трей отпустил мою руку, чтобы открыть большие двери, а затем втащил меня внутрь. Даже когда Вольф рычал предупреждения в моей голове, мои ноги следовали за ним, но мое тело так напряглось, что, когда Трей повернулся ко мне, я вздрогнула. Он помолчал, в замешательстве изучая мое лицо.

— Ты в порядке? — спросил он.

Я кивнула, но он нахмурился.

— На сеновале есть гнездо с котятами, — объяснил он. — Хочешь посмотреть на них?

На мгновение меня охватило удивление и что-то невыносимо нежное. Котята. Он хотел показать мне котят.

Я снова кивнула, не решаясь заговорить.

— Ладно, ты оставайся здесь, а я принесу парочку. — Он ухмыльнулся, и от его тепла я почувствовала себя еще более неуверенной.

Я подождала, пока он исчезнет за лестницей. В амбаре пахло овсом и животными, но это не было неприятно. Инструменты и различное оборудование аккуратно стояли вдоль стен. Трей выругался где-то надо мной.

— Трей?

— Я в порядке. Просто этот малыш сильно кусается. — Он легко спустился по лесенке, улыбаясь, несмотря на то, что держал по котенку в каждой руке. — Напоминает мне кое-кого, кого я знаю.

Я нахмурилась, и его ухмылка стала шире.

— Ты хочешь кусачего малыша или сонного? — спросил он, подходя ко мне.

Я протянула руку и забрала у него малыша. Теперь мне нужно было кое-что доказать. У котенка были серые полоски, и он зашипел, когда я взяла его. Он уставился на меня голубыми глазами, оскалив зубы и зарычав. Я положила его себе на грудь прямо над сердцем и прикрыла рукавом, чтобы он не чувствовал себя таким незащищенным. Трей поднял брови, когда котенок затих.

— Ты используешь свои способности? — Игриво обвинил он.

— Нет, — возмутилась я. — Он просто напуган. Нужно дать ему место, где он будет чувствовать себя в безопасности.

— Хммм, — промычал Трей, уголок его рта дернулся вверх.

— Что?

— Ничего. — Он ухмыльнулся.

— Что? — Я уставилась на него.

— Просто хороший совет, — сказал он, его усмешка смягчилась, превратившись во что-то такое, от чего в моей груди пробудились нежные и пугающие чувства.

Мое сердце забилось быстрее, а щеки запылали.

— Никогда бы не подумал, что ты тайная укротительница диких котят.

— Его не нужно приручать, — парировала я. — Ему просто нужно знать, что ты не причинишь ему вреда.

Боги, эта улыбка.

— Ты права, — пробормотал он.

Если он не перестанет смотреть на меня таким мягким, теплым взглядом, я сделаю… что-то глупое. Он стоял не так близко ко мне, но каждая клеточка моего тела гудела от осознания его присутствия, словно я стояла там, куда вот-вот ударит молния.

— Куда ты направлялась? — Спросил Трей.

Я в замешательстве нахмурила брови.

— Когда наемники нашли тебя, — уточнил он. — Куда ты направлялась?

Ох.

— На самом деле у меня не было плана, — пробормотала я.

Он выглядел озадаченным.

— Не было?

— Я просто хотела убраться куда подальше. — Я почувствовала, как мои щеки снова запылали.

Его брови поползли вверх.

— Ты вот так просто отправилась в горы без плана?

Боги, сейчас он говорил как Вольф.

— Я прекрасно справлялась.

Его губы дрогнули.

— У нас с тобой очень разные определения слова «прекрасно».

Я снова посмотрела на котенка. Он достаточно успокоился, чтобы высунуть голову из-под моего рукава и с любопытством принюхиваться. Я пододвинула его, чтобы придержать одной рукой, и погладила пальцем по макушке. Через минуту комнату наполнило дребезжащее мурлыканье. Я самодовольно посмотрела на Трея.

— Как ты это сделала? — требовательно спросил он.

— Если погладить его вот так, — я продолжал гладить его по голове, — ему кажется, что мама-кошка вылизывает его, и это успокаивает.

— Ты полна сюрпризов, Боунс.