Ответная улыбка появилась на моих губах. Между нами все было… по-другому. Может быть, потому, что мы были за пределами обители. Может быть, потому, что я была честна с ним насчет опасности, а он все равно остался. Может быть, потому, что он сказал мне, что любит меня. Или, может быть, Трей уже давным-давно проник в мое сердце и пустил корни, и, если честно, не было никакого способа полностью вырвать его оттуда. Я не могла отрицать, что была так рада, что он пришел. Черт побери, он мне так нравился, что это приводило меня в ужас. Работая, он снял пальто и свитер, оставшись в одной футболке, пока складывал небольшую поленницу дров, и я не могла не восхищаться им, мышцами на его руках, когда он толкал бревна, пока они не ломались, тем, как его волнистые каштановые волосы падали на лицо.

Боги, я хотела поцеловать его снова и запустить пальцы в его волосы. Почему я не сделала этого в первый раз?

Он оглянулся и поймал мой взгляд, уголок его рта приподнялся в легкой ухмылке. Мое лицо потеплело, и я снова сосредоточилась на огне. Я расчистила достаточно места у подножия скалы для нас обоих. Я взглянула на спальный мешок Трея. Он попытается заставить меня взять его. Готова поспорить на что угодно. Я снова взглянула на наше маленькое убежище. Как мы собирались здесь ночевать? Я точно не собиралась брать его спальный мешок и заставлять его спать на холоде.

Какой смысл было все еще отталкивать его? Он знал об опасности. Он здесь. Он был честен в своих чувствах. Может быть, он прав, и только мой страх стоит между нами?

Мое сердце бешено колотилось, но, боги, я больше не хотела с этим бороться.

— Я сейчас вернусь! — Крикнул Трей, не подозревая о душевной борьбе, которую я вела.

Я прислушивалась к удаляющемуся шороху его ботинок. Я не была уверена, было ли это свидетельством настойчивости Трея или того, насколько слабой стала моя защита, но мы пробыли здесь всего день, и я сдалась.

Не надо, попытался огрызнуться Вольф.

Нет. Я оттолкнула его. Нет, я принимаю чертовы решения.

Я услышала, что Трей возвращается, и мое сердце затрепетало в груди. Я подняла глаза, когда он вышел из-за своей импровизированной стены, и растерянно моргнула. У него была охапка крупных камней. Выражение моего лица позабавило его, когда он присел на корточки и подбросил в огонь четыре камня.

— Ты что, готовишь камни на ужин? — Я не удержалась от вопроса.

— Нет, умник. — Он ухмыльнулся. — Я разогреваю камни, чтобы мы могли просушить наши ботинки.

— Откуда ты знаешь все это? — Спросила я, снова впечатлившись.

— Часть обучения по вступлению в Охрану. Убежище довольно изолировано, поэтому члены команд Охраны должны быть в состоянии пережить непогоду, когда мы отправляемся на задания.

Я вспомнила, как он говорил, что они с Маком усердно тренировались, чтобы присоединиться.

— Почему Охрана? — Спросила я.

— Мы хотели выбраться за стены, посмотреть, что там еще есть. — Он помолчал. — Ну, это была моя мотивация. — На его лице промелькнула боль. — Мака заставили вступить в охрану еще совсем юным. Мадам хотела держать его под присмотром после того, что сделал его отец. Он прокладывал себе путь изнутри. У него был гораздо более жестокий опыт тренировок, чем у меня. Обычно он приходил домой весь в крови из-за того, что другие охранники избивали его. Но он… — он заколебался. — в конце концов, он зарекомендовал себя как человек, с которым люди не хотят связываться, и он надрывал свою задницу, чтобы продвинуться по карьерной лестнице. Он произвел на Мадам такое впечатление, что она предложила ему должность своего доверенного лица, так что он был бы одним из заместителей Сакса. Именно тогда он спросил, может ли он вместо этого создать команду охраны, что было на несколько шагов ниже по власти, но она ему разрешила.

Меня кольнуло чувство вины из-за того, что я не потрудилась узнать обо всем этом, находясь в Убежище. Я сделала поспешные выводы обо всех них, но, наверное, больше всего о Маке.

Мы замолчали, когда съели еще немного еды и выпили остатки воды. У Трея был маленький металлический котелок, который он поставил на огонь и наполнил снегом, чтобы растопить и вскипятить, чтобы мы могли снова наполнить наши бутылки.

— Можешь взять спальный мешок, — сказал Трей, как я и ожидала.

— Нет. — Мне пришлось подавить усмешку.

— Если ты думаешь, что я буду спать в нем и наблюдать за тобой…

— Давай спать вместе.

Он оборвал фразу на полуслове и уставился на меня. Шок на его лице заставил уголок моего рта приподняться в изумлении.

— Что? — спросил он сдавленным голосом.

— Давай спать вместе, — повторила я. Моя веселая ухмылка стала шире, и его глаза продолжали бегать по моему рту.

— Ты и я?

— Нет, я и еще один придурок, который увязался за мной.

Его глаза сузились.

— Ты собираешься снова сбежать утром?

Я поморщилась, но я это заслужила. Я пожала плечами.