— Это я должна за тобой присматривать, или ты за мной?

— Честно? Сама не знаю. Наверное, оба друг за другом. Мне нужно в душ и поспать. А тебе?

— Только первое. Не думаю, что когда-нибудь снова захочу спать.

Он махнул рукой, будто отмахиваясь от этой мысли.

— Без обид тем, кому это нужно.

— Тогда я первая в душ. Это мой душ. И… ну, после зомби, который был ранен, в нём могут остаться… сгустки.

Я достала полотенце из шкафа и бросила ему на диван.

— Подожди здесь.

Сама не знаю почему, но в голове мелькнуло: в других обстоятельствах, если бы наши жизни сложились иначе, мысль о душе с Ти могла бы казаться соблазнительной. Сейчас — нет. Та дверь закрылась. Я не могла точно сказать, когда и как это случилось, но, заглянув в своё сердце, поняла, что это правда. Может, потому что теперь там было место для кого-то другого. Моё сердце всегда делало ставку на более тёмного, более израненного.

Я вздохнула и опустила взгляд: на лодыжках всё ещё виднелись красные следы, болезненные при прикосновении — от тех призрачных змей. По крайней мере, в Ашере не было змей. Только другие люди.

Выйдя из душа, я высушила волосы и накинула одежду. Когда я вернулась в комнату, Ти встал.

— Твоя очередь.

— Ты уверена?

— Да. Ты не можешь оставаться в таком виде.

Я натянула улыбку, будто сегодняшних событий и не было вовсе. Будто мои руки не были покрыты чужой кровью.

— Ладно, — он кивнул и прошёл мимо меня. Через несколько секунд я услышала шум воды.

Я пошла на кухню и сварила себе кофе. В дверь постучали.

— Да ладно, серьёзно? — я поставила чашку и подошла к глазку, стоя босиком. На площадке стоял Ашер, весь промокший и взъерошенный.

Я начала снимать цепочки.

— Гек… тор, — я запнулась, выговаривая правильное имя.

— Ты в порядке? — он смотрел на меня так, будто пытался убедиться, что я всё ещё целая.

Зная, кто он внутри и кем может стать после семнадцатого… Я хотела сказать больше, но до семнадцатого оставалось всего два дня. Формально отсчёт начинался в полночь завтрашней ночи. Мне не стоило снова бросаться на меч, как это было с Ти.

— Ты точно в порядке? — продолжал он, встревоженный моим молчанием. — Там я не мог спросить, но если с тобой что-то случилось…

— Всё хорошо. Честно.

Раньше между нами была эта непринуждённость, готовность касаться друг друга без страха. Я хотела вернуть это, кем бы он сейчас ни выглядел. К чёрту страх боли.

Он шагнул внутрь, а я не двигалась — хотела, чтобы он сам подошёл ко мне.

— Эди? — из коридора позвал Ти, выходя из душа с полотенцем, обёрнутым вокруг бёдер. На груди у него виднелось несколько ран.

— Ти… — я обернулась к нему, потом махнула в сторону Ашера, который стоял опасно близко. — Это… Ашер пришёл… — неубедительно попыталась я всё объяснить и сглотнула. Ти ещё не знал, что Гектор — это Ашер.

— Всё нормально, — Ашер перевёл взгляд с Ти на меня и шагнул назад, за порог, в тень.

— Он просто пришёл за ключами.

Я покачала головой. Не хотелось кричать, что всё не так, но я читала его мысли по лицу — он уже всё себе надумал.

— Ашер…

— Ашер? — начал Ти. На лице Ашера проступило странное выражение, будто само имя призывало его другую форму.

— Ты ведь присмотришь за ней, правда? — Ашер спросил у Ти, отступая ещё дальше на лестничную площадку.

— Ашер, не уходи.

— Не извиняйся, Эди. Через несколько дней… — он поднял руку, не чтобы я что-то увидела, а чтобы я поняла без слов. На семнадцатое число его руки станут полностью руками Гектора… или не будут принадлежать никому.

— Оставь себе машину. Я доберусь на поезде.

Он повернулся и пошёл вниз по лестнице.

***

Может, мне стоило побежать за ним. А может, он был прав. Я была вымотана, слишком много всего, слишком быстро.

— Так это был Ашер? — спросил Ти.

— Да. Уже месяцев семь притворяется доктором.

Я стояла в дверях и смотрела вслед, будто могла силой воли заставить его вернуться.

— Прости, что напугал его, Эди.

— Нет, всё нормально. Ты просто хотел присмотреть за мной. А я — за тобой.

Я пыталась говорить легко, как раньше, но не получалось. Ни в одной кофейне мира не нашлось бы столько кофе, чтобы я смогла притворяться.

— Ночь была длинной. Тебе надо лечь спать.

— Да. Надо.

— Я выжал одежду. Оставлю её в душе, пусть сохнет до утра.

— Сейчас принесу простыни для дивана.

Когда я вернулась, он по-прежнему стоял в одном полотенце.

— Эди, прости.

Он мотнул головой в сторону двери, где только что был Ашер.

Я протянула ему простыни и подняла ладонь.

— Думаю, сегодня вечером я больше не смогу принимать извинения.

ГЛАВА 39