— Да, господи Гедар, весьма жирно намекаю, — кивнул Шэттеб. — Вижу, неожиданная новость вас смутила и, наверное, заставляет подозревать что-то нехорошее. Но я не злоумышляю против вас, я, можно сказать ваш преданный поклонник. И да, я не предатель своей семьи, не подумайте, в таком поступке нет ничего предосудительного. Мой переход к вам даже в чём-то благороден, хотя Меннай с этим вряд ли согласятся. Господин Гедар, благодаря матери сила моей крови превосходит силу крови у верхушки Мена, но при этом мне никогда не стать во главе нашего ничтожного подобия клана. У нас в руководстве приветствуется лишь самая слепая преданность, а на таланты если и смотрят, то в последнюю очередь. Всё существование нашего несчастного ответвления рода заточено лишь на то, чтобы в труху перемалывать таких, как я, если это сулит самую ничтожную выгоду для старшей семьи. Мы для них всего лишь расходный материал, и относятся к нам соответственно. Моя мать была удавлена назначенным из Меннай палачом вскоре после моего рождения. Семья перестала считать её источником выгоды, и как представитель враждебного рода она могла нести угрозу. Аналогичная участь, кстати, постигла мою бабку, мать моего отца. Тоже просидела в заложницах несколько лет, а потом удушили и выбросили в море. У Меннай издавна так заведено, и назначение на роль палача у них не тягость, а поощрение. Впрочем, не только у них. Во всём мире люди желают стать сильнее, а на Большом юге особенно, вот и наращивают мощь всеми возможными способами. Именно поэтому старшие считают, что такие как мы своей смертью умирать не должны. Отца заставили пойти на войну, где отправили в безнадёжную атаку, дабы слегка потрепать основные силы противника перед настоящим ударом. И этим ударом командовали, разумеется, люди из старшей семьи. Меня воспитывали евнухи. Оба пожилые, безобидные и много чего знающие. Именно они привили мне тягу к чтению, что раскрыло глаза на многое и не раз выручало в трудных ситуациях. Мои воспитатели были умерщвлены, когда пришло время избавляться от старых слуг. Для севера, насколько мне известно, такая практика дикость, а вот у нас чистка проводится каждые два-три года. Самого меня трижды отправляли на верную смерть. Первый раз это была уже известная вам экспедиция, где шансы выжить были лишь у нескольких высоких альф из старшей семьи. Против них сыграло то, что они, как обычно, сильно задирали носы и потому держались отдельно от нас. Поэтому дружно попали под атаку сильных тварей, те очень удачно выскочили именно на них. Второй раз я оказался в охотничьем отряде, где Меннай готовили своих магов. Такие как я должны были удерживать на себе внимание опаснейших монстров, изматывать их, но ни в коем случае не причинять опасные повреждения. Фатальные удары должны наноситься определёнными людьми. Как вы понимаете, люди эти не кто попало, они из старшей семьи, ради их усиления работал весь отряд. Именно для них предназначались стихийные трофеи, а нам под угрозой смерти запрещали убивать тварей. Естественно, удержать монстра непросто, поддержка из-за этого приказа несла потери, но Меннай наша кровь никогда не смущала. В один из дней нам удалось загнать в узкое ущелье очень редкое существо, из которого можно получить ценную добычу. Монстр не стал биться с нами до последнего и попытался уйти. Меннай отправили всех нас в погоню, которую сами и возглавили. И хитрое создание привело отряд к своим сородичам. Дальше случилась бойня, где мы забыли про все приказы, нами двигало лишь желание любой ценой вырваться из жуткой мясорубки. Увы, удалось это лишь мне одному. ПОРЯДОК зачёл бой лишь тогда, когда я оказался далеко от места схватки, и так как других претендентов на тот момент уже не осталось, всё трофеи присудил мне. Вот так я, ничем не примечательный начинающий некромант вдруг обзавёлся полным комплектом стихийных атрибутов и несколькими навыками. В том числе двумя редкими и одним очень редким. Никто до этого столько за одну схватку там не получал, как бы ни старался. Ситуация уникальная получилась, ведь те твари встречаются нечасто и всегда поодиночке, за всю историю никто из Меннай не сталкивался со стаей. Скажу даже больше, до моего случая никто не думал, что такие стаи вообще существуют. То есть не просто редчайшая, а именно уникальная ситуация. Мы тогда, конечно, не всех монстров перебили, самые трусливые смогли убежать, однако этого хватило, чтобы добыча оказалась щедрой. Господин Гедар, как вы полагаете: Меннай сильно обрадовались моему неожиданному успеху?

— Гм... Некоторые ваше намёки подсказывают, что они вообще не обрадовались. Скорее наоборот.

— И вы снова абсолютно правы. Представьте: старшие пришли в ярость, меня даже казнить хотели.

— За нарушение приказа не убивать монстров? — понятливо уточнил я.

Шэттеб кивнул:

— Мне тогда полный комплект нехороших деяний насчитали. За добычу, что предназначалась не для нас; за оставление старших родичей в опасной ситуации и даже за дерзость, когда я осмелился высказать, что маг со столь редкими навыками будет полезен Меннай. Меня спасло лишь то, что стихийные умения невозможно выбить при убийстве человека. Те трофейные параметры, что у меня накопились до того случая, старших не впечатляли. То есть понимали, что хорошая награда за мою смерть не достанется. Спасибо, что ограничились соизволением загладить вину на войне, и отправили на особую штурмовую галеру первой линии. Знаете, что это такое?

— Нет, но не сомневаюсь, что хорошего на таких галерах мало.