— Да, действительно оригинально получилось, — кивнул старший пленник. — И ведь не планировали такое изначально, хотя предпосылки были. Понимаете, Ветта выступили вместе с Эксед на определённых условиях. В том числе нам были обещаны некоторые здешние рощи с качественными корабельными соснами. Поэтому господин Цеккас лично проинспектировал леса возле Дэглби и выбрал лучший участок. Разумеется, пока что он ещё не наш, но скорее всего господа из Эксед не будут против нашего выбора. Так почему бы прямо сейчас не начать проявлять заботу о новом имуществе клана? В Дэглби нам повезло найти запасы особых специй для растений. Я не очень хорошо в этом разбираюсь, слышал, что это какая-то алхимия, повышающая качество древесины и скорость роста. Лучший чёрный рис выращивают, раскидывая по полю сорную рыбёшку, но мясо тоже сгодится, если его правильно подать. Мы прочесали округу, согнали всех найденных простолюдинов в город, вручили каждому по мешку удобрений с добавками этого чудо-порошка и, как вы заметили, неплохо накормили тот чудесный лес. Ну разве господин Цеккас не гений? Такое рачительное применение всем доступным ресурсам не каждому дано придумать. Мы ведь воины, а не какие-то лесники, мы от таких материй далеки.

— Да, ваш господин тот ещё изобретатель, — признал я, не став добавлять то, что думаю о мышлении этого изверга.

— Вот-вот, — шире улыбнулся старший офицер. — Наш господин всегда славился разумностью и находчивостью. Вам, кстати, именно к нему следует отправить гонца с условиями выкупа. Могу рекомендовать кого-нибудь из моих шалопаев, есть у нас несколько хороших наездников.

— И заодно извинитесь за нападение, — не выдержал один из младших офицеров, что всё это время сверлил меня нехорошим взглядом.

— Что? Извиниться за нападение? — опешил я. — Мне это не послышалось?

Игнорируя шикнувшего старшего офицера, тот покачал головой:

— Нет, вам не послышалось. Господин, не знаю, как вас там... Вы невежливы, и вы забрались чертовски далеко от рубежа Мокренькой, где полагается сражаться воинам. Здесь даже не глубокий тыл, здесь, как вы видите, уже освоенная Ассиопой территория, где мы начинаем развивать хозяйство, спасая брошенный вами край от запустения. Благородному человеку с севера не пристало мешать мирной деятельности, когда люди вдали от войны обустраиваются. Или вы к благородным не относитесь? Должен напомнить, вы так и не представились. Вам что, стыдно произносить своё имя?

Проигнорировав неучтивое поведение пленника, я обернулся к внимательно слушающим бойцам:

— Слышали? Наши граждане для них не люди, они лишь удобрение для деревьев. Вот что всех вас ждёт, если империя падёт. Это не какие-то зарвавшиеся злодеи, это просто Большой юг во всей красе. Офицеров тоже вяжите, да покрепче. Не стесняйтесь.

Старший ещё не понял, что происходит, но догадался, что пора начинать волноваться:

— Вы можете не беспокоиться о выкупе, средства за нас господин Цеккас соберёт с такой оперативностью, что вы удивитесь. И не сомневайтесь в его щедрости. Наш господин высоко ценит своих верных людей, долго торговаться не станет, вы останетесь довольными. Ну зачем вам верёвки?! Это совершенно лишнее!

— Верёвки нужны, чтобы мы действительно остались довольными, — ответил я, стараясь не скрежетать зубами от злости.

Благородных пленников убивать не запрещено, однако на это должны быть причины и не всякая смерть допустима. Если она окажется унизительной и болезненной, к случившемуся могут отнестись с осуждением.

Да плевать.

Сейчас я забыл и гуманизм, вынесенный из первой жизни, и одновременно растерял уважение, что полагается оказывать любому аристократу, независимо от его происхождения и прегрешений.

Повернулся к толпе запыхавшихся от быстрой ходьбы горожан, что только-только нас нагнали.

Взглянув на знакомого бородача, что возглавлял своих людей, я спросил:

— Правильно понимаю, что в ваших краях все умеют работать с древесиной?

— Господин, все мальчики у нас рождаются с топором в одной руке и с рубанком в другой. Да и некоторые девочки тоже.

— Прекрасно. Тогда, полагаю, вас не сильно затруднит просьба заготовить колья примерно вот такой высоты и вот такой толщины.

— Это мы быстро, — кивнул мужик, с ненавистью косясь на пленников. — Только скажите, сколько их вам надо.

— Ровно столько же, сколько пленников в загоне, и ещё три отдельно для этих вот господ. Попрошу их уважить, благородные люди требуют к себе особого отношения, так что колья им сделайте потолще.

— О! — радостно ухмыльнулся бородач. — Ну раз такое дело, я сам ими займусь. Не сомневайтесь, господин, лучшие колья обеспечу. Ох и долго же они господ радовать будут, особенно если без смазки.

— Ну почему же без смазки? — делано удивился я. — Мы ведь не звери. Смажьте их навозом. Желательно свиным. И лица им заодно обмажьте хорошенько, чтобы трава на них потом лучше росла. Господин Цеккас должен высоко отметить то, как мы заботимся о его будущих пастбищах.

— Ох не сомневайтесь, мы их полностью обмажем, да в три слоя, для благородных ассиопцев нам добра не жалко, — пообещал бородач.

Игнорируя требования, проклятия и просто вопли связываемых офицеров, я развернул коня и бросил через плечо:

— И да, если где-то ещё про таких хозяйственных господ услышите, постарайтесь дать мне знать как можно быстрее.