Может, я что-то еще упустила важное – напишите, я постараюсь ответить. Еще раз спасибо большое за ваш интерес и комментарии!❤️

21

Ева

Мать ушла. Я непроизвольно вздрогнула от хлопка входной двери и снова погрузилась в оцепенение.

Меня все еще трясло, но слез больше не было. Сухие воспаленные глаза горели огнем. И внутри, где-то чуть выше и правее сердца, нестерпимо жгло и давило. Будто моя грудная клетка знатно нашпигована раскаленными углями.

При этом тело казалось тяжелым и каким-то деревянным, а в голове звенела пустота. Я не могла заставить себя встать, уйти с кухни, чем-то заняться. Я сидела, почти не шевелясь, упершись локтями в столешницу и пряча в ладонях лицо. Я просто не знала, что делать, как вообще теперь жить…

Потом вдруг вскинулась: да нет же! Ну не может такого быть! Это несправедливо. Это так подло.

Может, мать все-таки соврала? Но нет, на этот раз она точно не врала, по ее мимике и глазам сразу видно, когда она хитрит.

Но она могла внушить сама себе и в конце концов поверить в собственную ложь. Такое с ней тоже бывало. И забыть могла. У нее же ветер в голове.

Я отсчитала девять месяцев от своего дня рождения. Если грубо, то забеременела она где-то в июне-июле. Да, это мог быть отец Макса. Но мог быть и тот парень, ее одноклассник. Макаров, кажется.

Это, конечно, со всех сторон будет выглядеть крайне тупо и очень странно, но… я не могу не попробовать. Я же с ума сойду. Я и так уже на грани помешательства. А это моя последняя надежда…

Я устремилась в прихожую. Торопливо оделась и выскочила из дома. Добежала до парикмахерской. Тетя Нина как раз стригла какую-то тетку.

Я извелась вся, пока дождалась, когда она освободится.

В зале были еще люди, так что я вытянула ее в тамбур.

– Что случилось? Что-то с Ромкой? – встревожилась она.

– Нет. Нормально с ним всё.

– У тебя что-то произошло? Что-то плохое? На тебе лица нет.

– Теть Нин, тот парень с выпускного матери… которого избил отец Максима Морозова… который инвалид теперь… – сбивчиво затараторила я.

– Лёшка Макаров?

– Да, он. Как его найти?

– А зачем он тебе? – удивилась она.

– Пожалуйста, просто скажите. Я потом объясню. Мне срочно надо.

Тетя Нина нахмурилась, припоминая.

– Да где-то он на Привокзальной живет, если мне не изменяет память. Погоди, я у наших спрошу.

Она распахнула дверь и крикнула:

– Девчонки, кто в курсе, где Лешка Макаров сейчас живет? С Синцовой же? На Привокзальной?

– Да, у нее, – отозвались из зала.

Тетя Нина объяснила, как туда добраться и где его найти.

– ева, а все-таки зачем он тебе? – снова спросила она, но я уже выскочила на улицу и со всех ног понеслась к автобусной остановке.

Нужный дом нашла я быстро – это была такая же старая двухэтажка, как у тети Нины. Квартира на первом этаже, справа. Не найдя звонка, я затарабанила в дверь кулаком. Мне долго не открывали, но я продолжала стучать как заведенная.

Наконец с той стороны раздался мужской прокуренный голос:

– Кого надо?

– Мне нужен Лешка Макаров, – ответила я, как-то не подумав, что он уже давно не Лешка.

Замок щелкнул. Мужчина в инвалидном кресле открыл дверь и откатился назад. Я вошла.

В нос резко ударил запах дешевого табака, перегара и еще какой-то гадкой вони. В общем-то, этот Макаров и выглядел так же, как тут пахло. Опустившимся алкашом. И пусть! Я бы все равно была счастлива, если бы этот несчастный пропитый насквозь калека оказался моим отцом.

– Кто такая? Че тебе надо? – грубо спросил он. – Если втюхать мне…

– У вас с моей матерью что-то было? – перебила его я. Наверное, нужно было бы как-то познакомиться сначала, спокойно объясниться, но я была как в лихорадке и в голове творился дикий хаос. Поэтому я без всяких вводных выпалила ему в лоб. – Вы с ней спали?

– Чего? Ты кто такая? – не понимал меня он.

– Вспомните, пожалуйста, это очень важно! Ваш выпускной восемнадцать лет назад. Моя мать, Анна Переверзева, была там с вами. Вы с ней уединились. Вас застали потом… Морозов за это вас…

Я запнулась. Но он уже и так явно вспомнил. И еще больше ощетинился.

– Тебе чего от меня надо?

– Мне нужно знать правду, было у вас с ней или нет! – повысила я голос.

– Да пошла ты вместе с этой сукой! Ты видишь, что она со мной сделала? Видишь? – Он показал на свои неестественно тощие ноги в заношенных до дыр штанах. – Слышал я, что эта тварь вернулась. Хотел бы я ее встретить…

– Господи, так сложно, что ли, сказать?! – я начала стремительно заводиться. – Просто сказать правду и всё. Если бы это не было так важно, я бы сюда не примчалась. Поймите же вы, черт возьми, у меня вся жизнь рушится… Мне нужно это знать!

У меня вырвался всхлип. Ой нет, приказала я себе, не надо опять, не смей, никаких больше слез.

Но куда там! Я только и успевала подбирать их тыльной стороной руки.