— Спина… Твоя верхняя шнуровка, кажется, не затянута. Разве горничная тебе не помогла?

Я усмехнулась:

— Приходила одна девушка, но, уверена, сейчас она занята настоящими леди.

— Позволь мне, — мягко сказал Эдвин, разворачивая меня.

Осторожно и сосредоточенно он принялся перешнуровывать корсаж.

— Скажи, если будет слишком туго. Признаюсь, я не понимаю, где заканчиваешься ты и начинается платье.

Я хмыкнула:

— Пока я могу дышать — всё в порядке.

— Прости, что заставляю тебя через это проходить. Моя крестная — единственная семья, которая у меня осталась здесь. Я хочу вас познакомить, но она довольно консервативна. Я рассказывал ей о тебе, но это не значит, что она будет…

Доброй. Приветливой. Вежливой.

— Я понимаю.

— Спасибо за твое терпение.

Я улыбнулась. Эдвин был для меня очень важен. Я хотела, чтобы он был счастлив, но в глубине души сомневалась: правильно ли я поступаю? Стоит ли мне знакомиться с его семьей? В конце концов, мы ведь не помолвлены. Мы просто… близки. Эдвин мне действительно дорог, я просто не была уверена, к чему всё это ведет.

И чего я сама хочу.

Раньше всё казалось ясным.

А теперь…

Я закрыла глаза. И снова перед глазами всплыл образ Львиного Сердца. Проклятье, ничего больше не было ясным.

— Кажется, готово, миледи, — со смешком сказал Эдвин.

— Спасибо, — ответила я. Глубоко выдохнув, я повернулась к нему. Он нежно улыбался, и эта улыбка проявляла его ямочки на щеках.

Эдвин медленно протянул руку и коснулся моего подбородка.

— Что? — прошептала я.

— Просто… мне понравилось помогать тебе с платьем.

В животе завязался узел.

— А мне понравилась твоя помощь.

Эдвин предложил мне руку:

— Пойдем?

— Да помогут мне боги, — пробормотала я, вспомнив тех пятерых богов, которых встретила на болотах. Что ж, они ничем не хуже любых других.

Афвин, помоги мне пережить этот день.

За окном прокричала гагара.

 

Глава 24: Клемени в гостиной с леди Чедвик

Мы вошли в оживленную залу, кишащую напыщенными лордами и леди. Эдвин поймал взгляд лорда Кэбелла. Тот приподнял бокал в знак приветствия и снова повернулся к группе окружавших его мужчин, смеясь и не умолкая ни на секунду.

Эдисон Кэбелл был хорошим человеком. Думаю, когда-нибудь в будущем он сможет познакомиться со своим племянником. Возможно.

Леди Шарлотта, напротив, сидела в другом конце комнаты в окружении изысканно одетых дам. Она что-то тихо говорила. В какой-то момент она умолкла, и вся стайка женщин разом оглянулась на меня.

Внутри меня что-то ожесточилось, и мне пришлось подавить дикое желание выдать секрет леди Шарлотты прямо здесь и сейчас. Но другая моя часть — внучка Фелис Лувель — чувствовала себя неловко. Глупо, на самом деле. Мне не было дела до подобных вещей. У меня были задачи поважнее, чем беспокойство о прическе или последней моде, и всё же… та хрупкая, юная версия меня залилась румянцем под их пренебрежительными взглядами. Правда заключалась в том, что в этой комнате я чувствовала себя маленькой.

— Еще не слишком рано, чтобы выпить? — прошептала я Эдвину.

— Леди не принято пить в это время. За обедом будет вино. Послушай, Клем, ты в порядке? Лицо красное. Я слишком сильно затянул шнуровку?

— Нет. Всё хорошо.

— А, вот и она, — Эдвин кивнул в сторону дальнего угла комнаты. — Пойдем?

— Конечно.

Мне определенно стоило уехать в Лондон с Харпер.

Мы пересекли комнату и подошли к пожилой матроне, буквально увешанной шелками и драгоценностями; руки её покоились на набалдашнике трости. Она смотрела на лорда Сэмсона с выражением скуки и крайнего раздражения на лице.

Что ж, как минимум в одном мы с ней сходились.

Заметив Эдвина краем глаза, седовласая женщина поднялась, оперлась на трость и, не говоря ни слова, обошла лорда Сэмсона. Тот выглядел слегка озадаченным столь бесцеремонной отставкой — без сомнения, он так увлекся собственным велеречивым разглагольствованием, что даже не заметил, как остался без слушателя, — и поплелся искать новую жертву.

— Эдвин, — тепло произнесла женщина, протягивая ему руку.

Эдвин подошел и поцеловал её в мягкую морщинистую щеку.

— Крестная, я так рад видеть вас в добром здравии.

— В здравии? Ну, положим, в здравии. Раз я здесь, значит, всё в порядке, и я рада тебя видеть. Боже мой, с каждым годом ты всё больше напоминаешь своего покойного деда. Знаешь, если бы не эта стервятница, твоя бабушка, мы бы поженились.

— Да, леди Чедвик, вы говорили мне это много раз.

— О, дорогой Эдвин, только посмотри на себя. Тебе нужно чаще меня навещать. Ты слишком много работаешь — как простолюдин, мой дорогой, это просто неприлично.

— Я работаю на Её Величество. Разве это не благородно?