Конечно. Спи спокойно, пока брошенный тобой ребенок страдает. С чего бы это должно мешать сну?

— Я же пойду предупрежу слуг, что бал в силе, — сказал лорд Кэбелл, отставляя бокал. — Вы меня извините?

Эдвин кивнул ему, а я проводила его усталой улыбкой. Мы замерли, выжидая, пока он выйдет. Как только дверь закрылась, Эдвин и Харпер уставились на меня.

— Так, Клемени. А теперь выкладывай всё как есть, — потребовала Харпер.

Я покосилась на дверь:

— Мы точно одни?

Эдвин огляделся и кивнул.

— На болотах действительно был оборотень. И завтра я сопровожу его в Лондон.

— Погоди, что? Тогда зачем ты лгала? И где волк? — засыпала вопросами Харпер.

— Волк под присмотром элементаля. Я встречусь с ней завтра у башни дирижаблей в деревне, чтобы забрать подопечного.

— Элементаля! — ахнула Харпер.

— Она — и другие — когда-то были местными духами, почитаемыми как боги. Они едва держатся. Они всё еще существуют, но в самой примитивной форме.

— Не припомню, чтобы в отчетах агентов значилась встреча с элементалем, — заметил Эдвин. — И уж тем более с местным божеством.

— Но это безопасно? Как элементаль может удерживать оборотня? — спросила Харпер.

— Всё сложно.

— Но Клемени… — начала Харпер.

— Оборотень — это семилетний ликан, наследник Кэбелл-Мэнора.

Эдвин и Харпер ошеломленно уставились на меня.

— Наследник лорда Кэбелла? — переспросила Харпер.

— И да, и нет. Его наследник, но не его сын. Мальчик — ребенок леди Шарлотты.

Эдвин закашлялся.

— Откуда ты это знаешь? — спросил он.

Я пересказала историю, которой поделилась Афвин.

— Ей можно верить? — уточнила Харпер. — Она говорит правду?

— У неё нет причин лгать. К тому же мальчик — вылитая мать и дядя. Я отвезу ребенка к Тамплиерам. Они будут знать, как его воспитать.

— Даже несмотря на то, что он ликан? — спросил Эдвин.

— Я верю, что Тамплиеры поступят правильно.

— Человек и оборотень… — пробормотала Харпер.

— Ликан, — поправила я и пожала плечами. Я старалась казаться равнодушной, но в животе было тяжело. — Ликаны встречаются редко, но это не нечто невообразимое.

Харпер покачала головой:

— Но леди Шарлотта… не могу поверить, что она просто взяла и бросила своего ребенка.

Я молча кивнула.

— Видимо, есть вещи поважнее крови, — сказала я.

Харпер нахмурилась:

— Даже не представляю, какие. Ликан он или нет, он всё еще просто мальчик.

— Для леди Шарлотты ребенок, рожденный вне брака, будь он ликаном или человеком, стал бы позором и скандалом, — заметил Эдвин.

— Ну, упаси боже, — саркастично выдохнула Харпер.

Я была рада, что она это озвучила, потому что сама думала точно так же.

Эдвин нахмурился, не зная, что сказать. Спустя мгновение он повернулся ко мне:

— Мне жаль слышать, что тебе нужно уехать. Я надеялся, ты останешься на бал. Полагаю, всё это празднество теперь кажется оскверненным.

— Я могу отвезти мальчика на Темпл-сквер, — предложила Харпер. — Блэквуд, кажется, не испытывает ко мне такого презрения и не игнорирует меня так, как это делал Львиное Сердце. Мы поедем вместе и встретимся с элементалем утром. Признаюсь, мне безумно хочется её увидеть, если она не будет против. Я заберу ребенка, если они позволят.

Меня охватила внезапная паника. Часть меня отчаянно хотела уехать — я молилась, чтобы Харпер замолчала. Но другая часть видела, с какой тоской Эдвин смотрит на меня. Он действительно хотел, чтобы я осталась.

— А как же бал? Разве ты не хочешь остаться? — спросила я Харпер.

— М-м… нет. Думаю, мне лучше удалиться сейчас, — ответила она, и её глаза были полны невысказанных слов. Неужели лорд Кэбелл что-то сказал? Неужели она пыталась сбежать отсюда так же отчаянно, как и я?

Я вскинула бровь.

Она бросила на меня многозначительный взгляд:

— Так будет лучше. Если элементаль согласится.

Я снова посмотрела на Эдвина. Он старался сохранять спокойствие, но в его взоре читалась такая надежда, что игнорировать её было невозможно.

— Признаться, у меня нет ни малейшего желания любезничать с леди Шарлоттой, — призналась я, обращаясь к нему.

— А оно у тебя когда-нибудь было? — подколола Харпер.

Я подмигнула ей через плечо.

— Я понимаю, но там будут люди, с которыми я хотел бы тебя познакомить. Моя… крестная собирается приехать. Я просто подумал… Если бы ты осталась, я был бы очень благодарен, — нервно проговорил Эдвин. — Эдисон — мой хороший друг. Шарлотта всегда была… проблемной. Кажется, она когда-то метила мне в жены, но, честно говоря, её больше интересовало моё положение, чем я сам. Как бы то ни было… ты останешься, Клемени?

Тронутая его уязвимостью — тем более проявленной при Харпер, — я повернулась к напарнице и вопросительно приподняла бровь.