Первой из игры выбыла Люси, что, по заверениям Рейган, случается постоянно. В ответ Люси лишь отозвалась, что отчаянный азарт сестры и Уилла вгоняет ее в стресс. Следом Уилл, невзирая на яростные протесты Рейган, выкупил имущество собственной мамы. Кэтрин заявила, что наотрез отказывается задерживаться за игрой дольше часа, поскольку затяжные партии слишком сильно поднимают ставки. И они действительно взлетели до небес: вскоре вылетает Адам, а я держусь на плаву исключительно за счет карточек «Шанс» и «Общественная казна».

В попытках выжить я отдала всю недвижимость Уиллу в обмен на наличные.

Везение окончательно меня покинуло: фишка-собачка останавливается всего в одном шаге от поля «Вперед» – на Нью-Йорк-авеню, которая по воле случая оказывается самой дорогой собственностью Уилла.

— Ну, нет, — притворно ною я. Сидящий рядом Уилл заметно напрягается. Предложить мне абсолютно нечего, оттого и бороться дальше не выйдет. — Что ж, я выбываю.

К этому моменту Адам, Кэтрин и Люси уже бросили нас ради праздничных телепередач в гостиной, поэтому я отодвигаю стул, собираясь к ним присоединиться.

Уилл хватает деревянную ножку моего стула и притягивает обратно.

— Погоди...

— О нет-нет-нет, — перебивает Рейган, не дав вымолвить ни слова. — Извини, Калли, но предложить тебе абсолютно нечего, — она переводит взгляд на брата. — Если хочешь удержать ее, чтобы и дальше пялиться каждые пять секунд, так и скажи, пусть посидит рядом, пока ты сам не продуешь. Из игры Калли выбыла.

У Уилла сжимаются челюсти, и он отпускает стул. Воцаряется гробовое молчание, и дело, кажется, совсем не в игре. Честно говоря, я нахожусь на седьмом небе от счастья: когда красавчик тайком на тебя поглядывает – не одна я такая! – подобное определенно льстит самолюбию. Вот только вряд ли Уилл хотел, чтобы я заметила его взгляды... а может, и сам толком этого не осознавал?

Из гостиной доносится громкий сигнал таймера на чьем-то телефоне, и пока Рейган с Уиллом устраивают безмолвную дуэль взглядов, остальные потихоньку возвращаются в столовую.

— Прямо-таки по расписанию, — замечает Люси, подходя к сестре со спины. — Проходит два часа, и под конец партии вы обязательно цапаетесь. Пожалуй, в следующий раз придется ставить ограничение на полтора часа.

— Следовало сразу предупредить, Калли, — со смешком отзывается Кэтрин, наклоняясь и отодвигая доску на противоположный край стола. — Я всегда завожу таймер, иначе Уилл и Рейган просто поубивают друг друга.

Я тихонько усмехаюсь.

— Все в порядке, у нас подобное и представить невозможно, так что это чудесное разнообразие.

Адам одаривает меня сочувственной улыбкой и ободряюще сжимает плечо.

Напряжение, исходившее от Уилла, бесследно тает, стоит ему подняться из-за стола.

— Как насчет десерта?

— Я помогу, — отзывается Адам, убирая руку с моего плеча, и шагает вслед за Уиллом. За столом остается чисто женская компания.

Пока Рейган собирает карточки недвижимости, я принимаюсь аккуратно складывать оставшиеся игрушечные купюры и передаю Люси.

— Хотела сказать огромное спасибо за то, что разрешили нам с Адамом присоединиться к празднику. С семьей давно натянутые отношения, поэтому безумно приятно видеть, каким веселым и душевным может быть Рождество. Надеюсь, не слишком вас стеснили.

— Ой, глупости какие! — Кэтрин всплескивает руками, отмахиваясь от извинений. — Мы несказанно рады вашему приезду. Живя в Сиэтле, Уилл существовал на автопилоте. Здорово, что переход в другую команду сблизил вас. Приятно видеть, как мой мальчик наконец-то улыбается.

От ее слов сердце сжимается куда сильнее, чем я могла ожидать.

— А вы с Уиллом общались в Сиэтле? — интересуется Люси, накрывая игру крышкой и сдвигая коробку на край стола.

— Нет, честно говоря, я и сама весь прошлый год прожила на автопилоте, деля квартиру с Адамом. С Уиллом мы толком не пересекались: он играл за команду, а я уходила со стадиона сразу после окончания матча. Я вообще долгое время держала обиду на бейсболистов. Паршивые отношения с бывшим напрочь отбили желание заводить романы со спортсменами — поняв, как это прозвучало, я торопливо добавляю: — Да и находиться в их компании в принципе.

Рейган и Люси обмениваются взглядами, но расшифровать подтекст их безмолвного диалога не получается. Глупо, конечно, забивать этим голову, но мне действительно очень хочется понравиться.

Позади раздаются звуки поздравительной песенки. Обернувшись, я замечаю Адама, бережно держащего круглый торт, а следом шагает Уилл. Все тут же подхватывают мотив, и, когда Адам опускает передо мной торт, на глаза наворачиваются слезы: наконец доходит, что все это устроили специально ради меня.

Наверху красуется надпись: «С (первым) днем рождения, Калли». Бока украшают изящные цветы из глазури, а в центре горит свечка-единичка.

Когда хор голосов стихает, я быстренько смахиваю со щеки набежавшую слезу и только потом задуваю пламя. Я загадываю лишь одно: взять себя в руки. Если сию минуту не совладаю с эмоциями, то буду выглядеть жалко, – впрочем, кажется, я и так терплю сокрушительное поражение.