Сквозь призму этих иллюзорных звезд Клейн воочию узрел мистера «Дверь» и Амона, застывших на далеком острове. Его всевидящий взор выхватил Антигона, запертого в руинах чертогов сокрытого мира, пронзил пространство, нащупав затаившегося в неведомых краях Заратула, скользнул по Леонарду, скрывающему Паллеса Сороастра, и намертво пригвоздил Демонического волка тьмы Котара…

Оседлав ту самую аномалию, что выплеснулась при углублении его контроля над «Замком Истока», сыщик виртуозно запеленговал координаты всех до единого ангелов и Королей Ангелов, принадлежащих к трем смежным стезям домена «Тайн».

Разумеется, подобный всевидящий статус мог продержаться от силы жалкие пару секунд. Стоит лишь Амону вкупе с Заратулом почуять неладное и виртуозно укрыться за надежными щитами, как Клейн наглухо лишится возможности держать их подлинные тела на мушке.

Не теряя ни доли мгновения, Клейн плавно вскинул правую руку и звонко щелкнул пальцами.

Покоящийся доселе в недрах «Замка Истока» «Звездный Жезл» в ту же секунду материализовался прямо в его ладони. Параллельно с этим маневром юноша сноровисто отпочковал от себя горстку «Червей Духа», катапультировав их в чертоги серой мглы, дабы те несли там вахту, гасили любые форс-мажоры и даровали отклики на мольбы паствы.

— Вскарабкавшись на престол «Слуги Тайн», Клейн настолько углубил свою власть над «Замком Истока», что отныне мог играючи, в любую секунду и в любом месте выуживать оттуда свой оккультный скарб.

В следующее же мгновение россыпь разношерстных самоцветов на навершии «Звездного Жезла» ослепительно полыхнула. Силуэт Клейна бесследно испарился из мира духов, виртуозно пустив в ход «Странствие», и пулей вынырнул посреди топкой трясины, оказавшись лицом к лицу с Заратулом.

Предводитель Тайного ордена, облаченный в черную мантию с глубоким капюшоном и щеголяющий густой седой бородой, даже не дрогнул. Сохраняя ледяное хладнокровие, Заратул параллельно задействовал паранормальный арсенал «Слуги Тайн», сплетая мириады диковинных мистических уз, а Его левая рука хищно выбросилась вперед, сделав хватательное движение прямо в пустоте.

…………

Тем временем тело Элджера дюйм за дюймом покрывалось пепельно-серой коркой, балансируя в жалком шаге от тотального окаменения.

«Неужто из-за моего фиаско со слежкой за Верду господин „Шут“ отвернулся от меня, лишив Своей милости?» — моряк сурово свел брови на переносице. Его так и подмывало поднять белый флаг и дать деру, однако он титаническим усилием воли заставил себя остаться в подземелье.

Но именно в эту звенящую секунду перед его взором выплелась пелена спасительной серо-белой мглы, и все до единого Запечатанные артефакты вмиг погрузились в глухое, мертвенное безмолвие.

…………

Едва «Врата плоти» наглухо поглотили мистера «Дверь», Бетеля Авраама, как в Его ушах гулким эхом раскатился до боли знакомый голос:

— Ты отчаянно жаждешь притащить эту катастрофу обратно в реальный мир?

Движения Бетеля Авраама в ту же долю секунды поразила свинцовая, деревянная заторможенность.

— Отступись. В моем рукаве кроется способ разрубить этот узел. Я дарую тебе вечный сон, принеся тот самый покой, о котором ты так отчаянно молишь, — вновь прозвучал всё тот же знакомый баритон.

Глава 1353 Жертва

Человеческий силуэт мистера «Дверь», схлопнувшийся из сферы света, замер как вкопанный, словно погрузившись в ожесточенную внутреннюю борьбу.

Наслаивающимся друг на друга мириадам врат в Его теле не хватало лишь крошечного, микроскопического шага до абсолютного, идеального слияния.

Под призрачный, эфемерный плеск багровый прилив, всё еще с трудом просачивающийся сквозь зияющие бреши «Врат Плоти и Крови», вскипел с новой, первобытной яростью. Кроваво-красная мантия свинцовой тяжестью рухнула вниз, отчаянно силясь вновь наглухо спеленать Бетеля Авраама.

Вот только по мере её падения все те фантомы, что роились вокруг — окрыленный латунный глаз, юноша в пылающих латах, тусклый световой купол с проступающими леденящими чертами лица, распахнувшая очи и сомкнувшая губы земная твердь вкупе с призрачным женским силуэтом — разом, абсолютно бесшумно испарились, словно стертые невидимым ластиком из этого мира.

В мгновение ока небеса над лесной чащей озарились нестерпимо ярким, слепящим солнцем. Первозданный день триумфально выжег ночной мрак, заставив все до единой тени стремительно, в панике отступить.

Этот испепеляющий натиск вынудил кроваво-красную мантию вновь взметнуться ввысь. Она исторгла из себя еще более густой водопад багрового лунного света, заставив весь этот шквал помех благополучно вернуться в объятия матери.

Улучив этот безупречный миг, сотканная из света проекция мистера «Дверь» смежила свои призрачные веки и покорно опустила голову.

— Хорошо… — с невыносимой, разрывающей мукой выдавил Он. Это был Его первый звук после триумфального возвращения в материальную реальность.

Силуэт окончательно, железобетонно застыл. Вслед за этим правая рука плавно взмыла вверх, потянувшись к лицу.