Вокруг его фигуры стремительно сгустилась иллюзорная пелена серо-белого тумана, и те самые леденящие проекции звездных тел в рассудке бесследно растаяли.

Застыв в легком оцепенении на мгновение, он сноровисто подобрал слова и спросил:

— Неужто этих Внешних божеств так много?

«Индиговый Свет» Хесус, живое воплощение домена «Молитвы», задумчиво погладил рубиновый перстень на правой руке и ответил утвердительным кивком:

— С того самого мига, как «Первозданный» пробудился ото сна, а затем вновь раскололся на части, самые могущественные Внешние божества со всех концов вселенной слетелись в нашу крошечную звездную систему. Кое-кто из Них отчаянно жаждет вернуть свои собственные «сефироты» и характеристики, варварски оторванные и притянутые сюда. Другие же спят и видят, как бы наложить лапы на смежные, совместимые с Ними источники заоблачной мощи.

«„Первозданный“… Выходит, Семь Светов величают самого первого Творца именно „Первозданным“, а не „Изначальным“… Впрочем, если препарировать лингвистику, разница не так уж и велика…» — скрупулезно взвешивая эту мысль, Клейн закинул очередную удочку:

— Варварски оторванные и притянутые сюда «сефироты» и характеристики?

Львиную долю из тех откровений, что только что выдал Индиговый Свет, юноша уловил без труда — как-никак, он и сам загодя выстраивал схожие гипотезы. Зияющим сюрпризом стала лишь эта конкретная деталь.

Живое воплощение домена «Медитации», славящийся своей любовью и мудростью «Синий Свет» Кут Хуми, с благообразной мягкостью просветил его:

— Ваше Высочество, сдается мне, вы прекрасно осведомлены о Законе притяжения Потусторонних характеристик.

Дождавшись согласного кивка, старец с густой, окладистой бородой и крупным сапфиром, венчающим повязку на лбу, продолжил вещать:

— Это незыблемое правило работает отнюдь не только для паранормальных стезей, но и безотказно бьет по «сефиротам» вкупе с мощью самих Внешних божеств. В первую очередь оно затрагивает тех мастодонтов, что вылупились и были сотворены непосредственно самим «Первозданным» — таких, как «Матерь Падения», «Сын Хаоса» и «Матерь Древа Желаний». Затесался ли в эту компанию кто-то еще из пришлых богов, нам, увы, неведомо. Суть в том, что эта троица «Древних», лишившись изрядного куска своих «сефиротов» и сил, куда агрессивнее и маниакальнее прочих рвется осквернить материальную реальность. Они денно и нощно пытаются просочиться в мир духов, дабы заразить нас своей порчей.

Клейн задумчиво, едва уловимо кивнул и задал вопрос, отчаянно ища железобетонного подтверждения:

— Выходит, из тех двадцати двух Потусторонних Путей и девяти «сефиротов», что нынче имеются в наличии, изрядная доля изначально принадлежала Внешним божествам?

— Истинно так, — улучив момент, перехватил слово Сен-Жермен, сжимающий в руке аметист и воплощающий собой домен «Ритуальной магии». — Лишь когда их численность достигла двадцати двух стезей и девяти «сефиротов», мироздание наконец-то нащупало шаткий баланс. Вполне вероятно, что корень этого равновесия таится в глубинных, мистических узах, заложенных самим «Первозданным».

Погрузившись в короткие раздумья, Клейн поинтересовался:

— О каких именно идет речь?

Лицо Сен-Жермена, подернутое тусклой фиолетовой дымкой, источало ауру глубочайшей тайны, когда Он отозвался:

— Взять хотя бы стези «Луны» и «Матери-Земли». Обе они безраздельно принадлежат той самой «Матери Падения». Эта хтоническая сущность возвышается на самом пике пантеона Внешних божеств, и даже лишившись львиной доли Своего «сефирота», сиречь «Материнского Улья», Она ни на йоту не утратила заоблачного статуса. Она — истинная, непререкаемая владычица всех иньских, женских сил в обозримой вселенной.

Едва Фиолетовый Свет поставил точку, как «Зеленый Свет» Серапис вдруг издал тихий смешок:

— Положа руку на сердце, если дотошно препарировать все двадцать два Путя, именно «Луна» с «Матерью-Землей» выбиваются из общей картины самым вопиющим образом. Хе-хе, стезя «Демонессы» воплощает в себе иньскую грань «Первозданного», тогда как Путь «Красного Жреца» — Его янскую суть. Они образуют эдакую гротескную, но всё же безупречную симметрию. А вот «Луна» вкупе с «Матерью-Землей» точно так же способны перековать магов высших эшелонов в существ женского пола, вот только им в противовес не сыщешь ни единой парной стези.

Заметив, как у Клейна едва уловимо дернулась бровь, щеголяющий длинными волосами богемного творца «Зеленый Свет» с улыбкой добавил:

— Вторая Последовательность «Матери-Земли» гордо носит титул «Матроны Пустоши», а венец Пути «Луны» на первой ступени величается «Богиней Красоты». Именно поэтому среди рода Крови испокон веков правят балом Королевы, а о мужчинах-Принцах никто и слыхом не слыхивал.

«Выходит, та самая древняя богиня Лилит в своей первобытной сути была мужчиной или женщиной?» — мысленно проворчав эту едкую шпильку, Клейн, чье лицо отражало глубокую задумчивость, задал новый вопрос: