— Да, таков был мой план, но как насчет того, чтобы поговорить об этом с Керри и Любой как только мы доберемся до первого города? Прямо сейчас мы все немного на взводе, и я думаю, будет лучше, если мы продолжим движение.

— Все в порядке, — заверила я Сальму, которая не хотела отпускать меня, когда мне пришлось повернуть налево, а ей — направо.

Бен держал ее за руку.

— Видишь, дорогая, они выглядят как приятные люди, не так ли?

Я оглядела двух мужчин, стоявших перед дроном, к которому направлялись Сальма и Бен. Я не винила Сальму за то, что она нервничала. Хотя тот, что был покрупнее, улыбался ей, это было совсем не то зрелище, к которому она привыкла на Родине. Мужчины стояли, выпрямившись и по-мужски выпятив грудь. Ни на одном из них не было ярких цветов или украшений, которые могли бы смягчить их суровую внешность, а темная униформа и татуировки на шее придавали им опасный вид.

— Уиллоу, дорогая, ты меня слышала? — Люба окликнула меня за спиной.

Я повернулась и встретилась с ней взглядом.

— Ты полетишь на большом беспилотнике.

— Конечно. — Я кивнула, чтобы подчеркнуть, что все поняла, и встала в очередь людей, поднимающихся на борт. Беспилотник был похож на тот, на котором я летала десять лет назад, когда мой класс отправился на недельную экскурсию в Северные земли.

Когда мы все расселись, вошли десять полицейских. Один из них заговорил.

— Добро пожаловать в Северные земли.

Все ответили вежливыми улыбками и поблагодарили его.

— Меня зовут Кэмерон, и если вы находитесь на этом беспилотнике, я отвечаю за вашу безопасность. Есть только три основных правила, которым вы должны следовать. — Крупный мужчина грубоватого вида поднял руку и посчитал на пальцах. — Первое: оставайтесь с группой. Второе: немедленно сообщите одному из сотрудников службы безопасности, если кто-то будет вас беспокоить. И третье: приглядывайте за своими коллегами. Если кто-то пропал, немедленно сообщите нам.

Мы все кивнули, а Кэмерон в последний раз пересчитал людей и нашел свое место прежде, чем беспилотник взлетел.

Я написала Хантеру короткое сообщение, в котором сообщила, что прибыла в Северные земли, отправив ему фотографию с большого беспилотника.

«Снова отправляюсь на экскурсию. Скоро увидимся».

Хантер прислал мне в ответ фотографию из своей раздевалки, на которой видны его грязные бутсы.

«Последняя тренировка в этом сезоне. Два часа под проливным дождем. Вместо этого мне следовало стать танцовщицей».

Я уставилась на фотографию, увеличивая задний план, на котором переодевался один из его товарищей по команде. Я не могла разглядеть его лица, но он был голый, и это меня немного взволновало. Я огляделась, чтобы убедиться, что никто этого не видел.

«Удали это», — шептала правильная моя часть, живущая на Родине, но северянка во мне продолжила. Мне нравились крупные, мускулистые мужчины, и я на секунду задумалась, так ли выглядит Соломон сейчас.

«Не думай о нем», — приказала я себе и откинулась на спинку стула. Это новое начало. Это мой шанс оставить новые воспоминания о Северных землях. Обещание веселого приключения впереди заставило меня улыбнуться. Это было прекрасно. Сколько я себя помню, я всегда чувствовала беспокойство. Часы, которые я проводила, танцуя в местном театре, и уроки, которые я иногда давала детям, были моими самыми яркими моментами.

У меня были хорошие и заботливые друзья, но мало кто из них понимал сарказм и иронию, которым я научилась, живя в Северных землях. Некоторым из них было любопытно узнать о годах, проведенных мной в школе, но я никогда не могла объяснить это правильно, да и внимания у них хватало ненадолго.

Печальная правда заключалась в том, что мне было двадцать два года, и я постоянно испытывала неопределенное чувство беспокойства и потерянности.

Я повернула голову и увидела, что один из полицейских пристально смотрит на меня. Он отвел взгляд, но моя женская гордость была разбужена. На Родине мужчины не смотрели на меня так, и, хотя он был не в моем вкусе, до меня дошло, что это будет мое первое путешествие в Северные земли без брата в качестве защитника. Я была одинокой женщиной, въезжающей в страну с десятью миллионами мужчин. Одна только мысль об этом пугала и возбуждала одновременно.

Когда охранник оглянулся снова, я не смотрела на него, но на моих губах заиграла легкая улыбка.

Глава 8

Кингстон

Соломон

Я стоял у отеля, ожидая, когда приедут Лео и Етти с певчей птичкой, с которой мы будем нянчиться следующие четыре недели. Шел дождь, и я уже был раздражен сложившейся ситуацией. Какой-то мужчина перешел на другую сторону улицы, вместо того чтобы пройти мимо меня. Я привык к тому, что другие находят меня пугающим, и с таким мрачным выражением лица, наверное, выглядел так, будто обдумываю что-то недоброе.

Это было не так.