— Полиция сказала, что присутствовать могут только те, у кого есть служебное задание, поэтому я решил, что могу быть полезен и оказать вам всем теплый прием.

Я пожал плечами.

— До тех пор, пока ты знаешь, что делаешь.

Его улыбка стала немного натянутой.

— Я владелец этого отеля. Индивидуальное обслуживание — это то, что отличает нас от других заведений. — Пожилой мужчина продолжал украдкой поглядывать в сторону Сальмы. — Она певица, не так ли?

Я встал так, чтобы заслонить ее от него.

— Все, что тебе нужно знать, это то, что она под моей защитой.

— Я только спросил.

Мое лицо было суровым.

— И теперь ты знаешь.

Его тон стал немного кислым.

— Вы предпочитаете использовать распознавание лиц или отпечатки пальцев?

— А нельзя ли мне просто получить несколько кодов?

— Нет.

— Отлично. Я думаю, распознавание лиц сработает.

— Отлично. Тогда все, что мне нужно, — это чтобы каждый из гостей, которые будут пользоваться этой комнатой, подошел сюда и подключился к системе. Это займет всего секунду.

Я обернулся, чтобы помахать своей группе, и после того, как все было готово, владелец отеля одарил Сальму слащавой улыбкой.

— Если я могу что-то сделать, чтобы сделать ваше пребывание здесь более приятным, пожалуйста, дайте мне знать.

— Да. Вы можете на это рассчитывать, — сказал Етти, пока Бен благодарил владельца отеля.

Фойе заполнило еще больше людей, и я поискал глазами Уиллоу. Поскольку я был выше всех остальных в комнате, у меня был полный обзор. Ее там не было.

— Соло, ты идешь? — Я хотел остаться в холле, чтобы самому увидеть Уиллоу, но Лео с раздраженным выражением лица придерживал двери открытыми. — Поторопись.

Номер на четвертом этаже был достаточно большим, в нем были небольшая гостиная и три спальни. Сальма и Бен получили по одной, а Лео, Етти и я делили последнюю комнату, так как мы должны были посменно спать.

— Вы уверены, что не возражаете против того, чтобы жить в одной комнате? — Бен слегка сморщил нос. — Вы будете спать на грязных простынях другого мужчины.

Мы с Етти обменялись взглядами, и он негромко рассмеялся.

— Мы делали вещи и похуже.

— О, я понимаю. — Бен многозначительно повел глазами. — Я так понимаю, вы двое больше, чем коллеги?

— Да, мы друзья. — Етти пожал плечами.

Имея больший опыт общения с сосунками с Родины, я прочистил горло.

— По-моему, Бен спрашивал, состоим ли мы в сексуальных отношениях.

Етти прищурился и озадаченно посмотрел на Бена.

— Ты это имел в виду?

— Ну, ты подразумевал, что вы делали нечто большее, чем просто делили друг с другом грязные простыни, так что…

— Ни хрена себе! — Етти отступил от меня на шаг и взмахнул руками, глядя на Сальму. — Меня интересуют только женщины. Я просто хочу прояснить это.

— Ничего страшного, если ты…

— Нет! — Етти перебил Бена. — Я имел в виду, что мы с Соло целыми днями не спали, спали на полу и на гребаных сосновых шишках. Черт возьми, иногда мы даже спали на деревьях. Мы привыкли к суровым условиям, и совместное использование простыней не входит в их число.

— Не стоит расстраиваться. — Бен вежливо улыбнулся. — Уиллоу сказала, что о гомосексуальности не говорят, так что я приношу извинения за свои предположения.

— Не беспокойся об этом. — Я отнес свою сумку в общую спальню. — Раньше об этом никто не говорил, но ситуация меняется. Я полагаю, мы должны поблагодарить за это вас, ребята.

— Вы с Соло действительно спали на дереве? — Сальма, которая до этого была не очень разговорчивой, наконец открыла рот, чтобы заговорить.

— Конечно.

— Почему? — Она выглядела совершенно сбитой с толку.

— Потому что шел сильный дождь, и оставалось либо идти, либо спать в грязи.

— Разве у вас в Северных землях нет палаток? — Если бы Бен не выглядел по-настоящему невежественным, я бы послал его нахрен.

— Да, у нас есть палатки, но мы с Етти охотники. Мы из спецназа. Выживание в дикой природе и выслеживание людей — наша специальность. У нас не всегда есть время разбить лагерь.

— Ого. А вы не боитесь оставаться в темном лесу одни? — Сальма опустила рукава, прикрывая ладони. — Я слышала, что у вас здесь водятся волки и медведи. Я бы была в ужасе.

Лео терпеливо улыбнулся ей.

— Нас с детства учили выживать в дикой природе. Эта часть нас не пугает. Выходить на сцену, как ты, и петь перед людьми… вот от этого я был бы ужасе.

— Ооо… — усмехнулась она. — Я тебя не виню. Я тоже волнуюсь. Я страдаю от ужасной боязни сцены.

— Значит, ты выбрала неправильную профессию?

— Возможно. Но я научилась справляться с этим, и уже через две минуты после начала концерта я спокойна и счастлива.

— По крайней мере, быть звездой — значит быть богатым, верно? — Етти уселся на диван в гостиной.

Бен, который вышел из своей спальни, прислонился к дверному косяку.

— Мы оба богаты.

— Потрясающе. — Етти ухмыльнулся. — Рад за тебя, Бен.

Я закатил глаза и обратился к своему другу.