Ее волосы коснулись моего живота, и на мгновение я забыл о буре снаружи. Забыл о мире за этими стенами. Даже дикий зверь, бившийся в моей груди, утих. Она тихо замурлыкала, принимая меня глубже, вибрация вызвала теплую электрическую волну по моему позвоночнику. Я боролся, чтобы выровнять дыхание, удержать бедра неподвижно, но контроль ускользал. Мое тело двигалось инстинктивно, бедра поднимались в медленном, беспомощном ритме, чтобы прижаться к ее рту.

Я перевел взгляд с ее коротко подстриженной головы, взъерошенного водопада волос на изгиб ее круглой маленькой попки, выглядывающей из-под подола моей фланели. У меня потекли слюнки, я уже представлял, как мои руки будут сжимать его позже ... может быть, даже отшлепаю.

Теплая капля слюны коснулась моего языка — непроизвольно — и тогда я поняла, что Ликан во мне давит. Захотелось вырваться.

Хотел ее.

Захотелось попробовать.

Чем больше она сосала мой член, вбирая меня все глубже и глубже в свой рот, тем больше я хотел, чтобы она поглотила меня. Сколько еще она могла вынести? Удовольствие было сильным, но она также вытягивала что-то из меня, высасывая мою жизненную силу с каждым преднамеренным движением.

Я посмотрел на нее сверху вниз, на это маленькое решительное существо, уткнувшееся своим толстым, полностью набухшим членом в ее горло, и я протянул руку вниз. Моя левая рука взяла ее за подбородок, нежно направляя, в то время как правая скользнула в ее волосы, крепко сжимая.

По сигналу она подняла глаза — одно медленное моргание — и снова наклонила голову вперед, что было четким сигналом ...

Подчинение ... и приглашение. Она не боялась. Только жаждала. И глубокое, дерзкое любопытство светилось в ее сексуальных, красивых, теплых глазах. Они сказали мне, что она хотела этого так же сильно, как и я.

Продолжай. Используй мой рот. Возьми себя в руки.

Она подала знак. Предложила.

И я ответил.

Я крепче сжал ее волосы, направляя ее. Голова наклонена, горло раскрыто, тихий звук согласия слетел с ее губ. Она приняла это охотно, с нетерпением, как будто всю свою жизнь ждала, когда кто-нибудь возьмет контроль в свои руки.

Комната померкла. Огонь. Буря.

Обе части меня слились воедино — две половины, которые редко сходились во мнениях — человек и зверь, объединенные одним инстинктом. Ее. Ногти прошлись по моим бедрам, электричество пробежало по позвоночнику, и из меня вырвался грубый звук. Разум исчез. Мной двигала только одна сосредоточенная, дикая цель.

- Посмотри на меня, - потребовал я тихо и резко.

Она мгновенно подняла глаза, горячие и непоколебимые. Когда наши взгляды встретились, я наклонился и сказал грубым голосом: “Не прерывай зрительный контакт. Что бы ни случилось…твои глаза не отрываются от меня.

В ее взгляде вспыхнуло возбуждение.

Затем мои бедра дернулись вперед — сильнее, глубже — чистый инстинкт. Ее стон вибрировал во мне, напрягая каждый мускул в моем теле, но она не отвела взгляд. Ее глаза оставались прикованными к моим, даже когда они увлажнились, даже когда я вонзал свой член глубоко в ее горло, снова и снова ... толчок за толчком. Я целеустремленно пользовался ее ртом, принимая то, что она предлагала, без колебаний, каждый удар был более сильным, чем предыдущий. Она позволила мне, готовясь к каждому требовательному движению моих бедер, как будто хотела, чтобы ее использовали именно так.

Но в ту секунду, когда я почувствовала, как по моему позвоночнику ползет облегчение, меня поглотил другой голод.

Это было не то место, куда я хотел кончить. Я рычал не только для ее горла. Я хотел заявить на нее права глубже. Вся она.

Я остановился, когда больше не мог этого выносить.

Все еще держа ее за волосы, я оттягивал ее голову назад дюйм за дюймом, медленно, но твердо, наблюдая, как мой член свободно выскальзывает из ее горла. Она выпустила меня с мягким, скользящим звуком, за которым последовал слабый вздох — как будто она задерживала дыхание, ее грудь тяжело вздымалась от изнеможения. Ее глаза остекленели, а губы стали влажными, скользкими от смеси слюны и предвкушения оргазма.

Она вытерла щеку тыльной стороной запястья, затем прошептала тихо и страстно: “Скажи мне, чего еще ты хочешь”.

Боги. Это все, что потребовалось. Все, что она хотела сказать. Ее желание доставить мне удовольствие, делать все, что я захочу, охватило мой разум и зажгло в нем огонь.

Мои руки скользнули к ее подбородку, большие пальцы коснулись ее щек. Удерживая ее неподвижно в течение одного-двух ударов сердца, пока я позволяю волку внутри успокоиться. Я не хотел кончать ей в рот. Мне нужно было —необходимо— быть внутри нее.

“ Я хочу тебя, ” сказала я, прерывисто дыша. - Всего тебя.

Она покраснела, прекрасная и опустошающая, и, боги, нежность этого румянца разгадала меня больше, чем что-либо первобытное.

“ Возьми меня, ” прошептала она. - Тебе не нужно быть осторожным.

Волчица рванулась вперед, и на мгновение я снова увидел ее в том внутреннем уголке, который старался никогда не открывать. Стою в теплой темноте своего разума, лунный свет струится по меху, ничего не боюсь.

Я с трудом сглотнула. - Да.

“Хорошо, тогда будь осторожен, - сказала она мне, - но не прячься”.