— Да я никуда и не уходила, — ответила Кит, смерив подругу взглядом. Облегчение мелькнуло на ее лице, когда она убедилась в отсутствии видимых ран у Элирии. Затем её выражение сменилось печалью. Она знала.

Разумеется, она зналa. На что Элирия надеялась — что они не расскажут Кит, что с ней произошло? Что случилось с ее братом? Что сделала Элирия?

Словно читая мысли Элирии, голос Кит прозвучал мягко:

— Спасибо, Элль.

Элирия опустила руку:

— Не благодари меня.

— Ты спасла мне жизнь. Спасла нас всех.

— Я убила его. — Правда этих слов прозвучала острым лезвием, выбивая воздух из легких Элирии. Эвандер, может, и превратился в монстра, но он все еще оставался братом Кит. Будь Кит в сознании, чтобы видеть это своими глазами, была бы она действительно так готова простить?

Кит тяжело втянула воздух:

— Он уже был потерян. Ты сама говорила мне об этом тогда, в лагере. Я не хотела тебя слушать. — Она подняла глаза, слеза блестела на краю ее зеленого глаза. — Я не хотела видеть этого. Не хотела видеть правду о нем.

— Никто из нас не мог предвидеть того, что он сделает, — произнес Трайгг, перегибаясь через стол, чтобы похлопать Кит по другой руке. — Тут нет ничьей вины, девица.

Элирия качнула головой.

«О, виновный тут точно есть», — подумала она.

Вот только не среди тех, кто находился здесь. Ярость обожгла горло, когда она сдержала проклятия, готовые вырваться в адрес Варита Мальхиора. Именно он стоял за большей частью того, что пошло не так. Из-за него Эвандер стоил жизни Леоне и, косвенно, Белиену. Он едва не прикончил Кит, едва не убил их всех. На самом деле, не отрави Эвандера его темная магия с самого начала, Элирия и Кит никогда не получили бы тех видений с ним. Вообще не бросили бы вызов Испытаниям. Все еще…

Все еще топила бы горести под осуждающим взором Арти. Все еще заполняла бы свои дни песнями, а ночи — незнакомцами. Все еще была бы в ссоре с Кит, никогда бы не получила этой развязки, никогда бы не встретила…

Ее взгляд нашел Седрика, замершего у закрытой двери, сквозь которую они пришли. Зефир нервно поправляла одежду, осматривая его на предмет ран, её взгляд задерживался на дыре в тунике, куда вошел кинжал. Странная смесь вины и облегчения вспыхивала на лице Зефир, и Элирия никак не могла понять почему. Возможно, вопреки ее собственному настойчивому призыву сделать это, сильвана чувствовала вину за то, что Седрику и Элирии пришлось проходить через финальное испытание вдвоем. Возможно, это был просто ее странный способ показать, что ей не все равно.

К его чести, Седрик, казалось, едва замечал суету Зефир. Над ее головой глаза с золотистым ободком встретились с глазами Элирии, и от пристальности его взгляда перехватило дыхание. Словно он видел всю бурю эмоций, бушевавшую в ее разуме — облегчение, ярость, восторг и смущение, перекрывающие друг друга и борющиеся за первенство.

Кит взяла Элирию за руку, возвращая ее внимание. Укол вины прошил ее, когда она поняла, что Кит снова говорит, а она не слушала.

— Но теперь я слышу тебя, — Кит сцепила их мизинцы вместе — прямо так, как они часто делали прежде, — и я так благодарна. Ты подарила ему тот покой, который я искала для него, в конечном счете. — Она глубоко вздохнула. — Я так и не поблагодарила тебя как следует за то, что ты вообще пошла за мной сюда с самого начала, и я едва не лишилась этого шанса. Так что позволь мне сказать это сейчас. Спасибо. Ты причина, по которой мы все выжили за это время. — Она наклонила голову в сторону короны. — И ты причина, по которой мы отсюда выберемся.

Элирия тяжело сглотнула, подавляя порыв снова посмотреть на Седрика. Именно он сделал необходимый выбор, именно он заплатил цену, чтобы подарить им свободу от этого места. Но она не знала, с чего начать объяснять. А потому молча кивнула и выдавила короткую улыбку.

— Итак… Испытание Согласия, — произнесла Кит спустя несколько мгновений неловкого молчания, расцепляя их мизинцы. — Что произошло? Как вы оказались с половиной короны? Что включало в себя финальное испытание? — Она вытянула длинный бронзовый палец, чтобы ткнуть в один из острых золотых шпилей короны.

Элирия наблюдала с живым любопытством, гадая, ощутит ли Кит хоть вспышку той невероятной силы, что захватила Элирию при первом прикосновении. Но у Кит не возникло почти никакой реакции. Уголки её губ чуть опустились, может быть, но это было все. Элирия отметила, что корона все еще сохраняла ощущение… ну, не то чтобы бесполезности, не совсем. Но сна. Каковой бы ни была та благоговейная божественная сила, хлынувшая в Седрика, чтобы вернуть его к жизни, она действительно оказалась потрачена. На данный момент это был просто красивый кусок королевского украшения.

— Я полагаю, это довольно долгая история, которую лучше оставить на другой раз, — произнес Седрик, ласково сжав плечо Зефир. — Думаю, мы все более чем готовы покинуть это место. Я молюсь, чтобы ты не поняла меня неправильно, но ты все еще выглядишь так, будто тебе не помешал бы визит к целителям, и как можно скорее.